После известных кровавых событий, повлекших гибель династии российских Самодержцев, Германия 19 июля направила официальный протест Радеку и Воровскому. В нем она выразила озабоченность «судьбой немецких принцесс» — Александры Федоровны, Елизаветы Федоровны и их детей. Радек на этот протест издевательски ответил: «Если бы Германия действительно была озабочена судьбой экс-царицы и ее детей, то они могли бы получить возможность покинуть Россию по гуманитарным соображениям».

Больше Германия ничего не предпринимала. Через месяц Ленин заверил Воровского, что «вопрос о Николае Романове исчерпан, и никакой паники нет». Немецкие деньги продолжали поступать  в карманы большевиков так  же регулярно, как и до июльского убийства.
Германский Император без труда мог поставить одним из условий заключения Брестского мира выдачу Германии своего двоюродного брата, «дорогого Ники» — Николая II и его Семьи, чтобы спасти их. Но он этого не сделал. Более того, все попытки посредничеств, а в этом направлении датского короля Кристиана, дяди Николая II и двоюродного деда его детей, и шведского короля были отвергнуты Кайзером. О принятии Царя и его Семьи под защиту Германии просили германских послов в Москве и Киеве  Мирбаха и Эйхгорна в мае-июне 1918 г. русские общественные деятели – Б. Нольде, А.В.Кривошеин, А.фон Лампе. Но никаких шагов в этом направлении германскими властями предпринято не было. Предпринять же их было очень просто – весной и летом 1918 г. Совнарком был защищаем германскими штыками. Следовательно, Германия просто не желала спасения Царя и его Семьи. Потому и бездействовала.

(47)