31 мая-В этом праздновании собраны все семь столпов Церкви – семь Вселенских Соборов.

Наша Церковь отдельно празднует память святых отцов каждого Вселенского Собора.

Семь Вселенских Соборов – это становление Церкви, её догматов, определение основ христианского вероучения. Поэтому очень важно, что в самых сокровенных, догматических, законодательных вопросах Церковь никогда не брала в высшие авторитеты мнение одного человека. Было определено, и по сей день так и остаётся, что авторитетом в Церкви считается соборный разум Церкви.

Первые два Вселенских Собора были в четвёртом веке, следующие два – в пятом, два – в шестом.

Седьмым Вселенским Собором в 787 году заканчивается эпоха Вселенских Соборов.

В IV веке, когда был период мученичества – язычников и христиан – здесь было очевидно и понятно, кто на какой стороне, кто за что борется.

Но не дремлет враг, борьба продолжается и принимает более изощрённые обороты: это не борьба язычества с христианством, а борьба диавола и человека. Здесь уже нет плюса и минуса. Теперь в самой среде христианской, среди самих христиан, появляются церковные люди, которые несут дух тьмы – бывает, что это пресвитеры или даже святители. Заражённые авторитетом «церковных учителей» ереси, за ними идут сотни и тысячи христиан.

Такой новый способ борьбы с человеком изобретает диавол: Церковь «пробуется на прочность» изнутри ересями и расколами, еретическим учением.

IV век – время двух первых Вселенских Соборов – эпоха образовательная, когда приходят великие учители Церкви Василий Великий, Иоанн Златоуст, Григорий Богослов, Афанасий Великий, Николай Мирликийский и многие другие.

Святые отцы начинают формировать богословскую мысль, но пока она не сформирована, еретики пытаются подменить понятия, откровения о Боге, о лицах Святой Троицы – Спасителе, Духе Святом. Становится крайне важным собраться и выработать те святые правила, которые останутся и будут крепче камня, твёрже железа, останутся до скончания всего существования мира.

Вселенские Соборы обычно собирались в самые сложные исторические периоды жизни Церкви, когда волнения в христианском мире ставили православный народ перед выбором.

Могучая эпоха Вселенских Соборов от IV до VIII столетия выработала те догматы и те законы, которые непререкаемо совершаются в нашей Церкви по сегодняшний день.

Церковь выстояла в таких невероятных мученических условиях, невероятных испытаниях, и православие торжествует в 1014 году.

Праздник, в который чтится память святых отцов семи Вселенских Соборов, никогда не потеряет актуальность, потому что и по сегодняшний день враг рода человеческого изобретает новые, очень серьёзные способы борьбы с человеком и с Церковью.

(5)

30 мая- Преподобная Евдокия

Преподобная Евдокия, в инокинях Евфросиния, великая княгиня Московская была дочерью Суздальского князя Димитрия Константиновича († 1383) и княгини Анны. Ее детство проходило в Суздале и Переяславле-Залесском, где в неспокойной обстановке постоянных междуусобных распрей, которые вели с ее отцом удельные князья, юная княгиня научилась полагать все свое упование на Бога. С младенческих лет воспитанная в духе христианского благочестия, Евдокия отличалась тихим, кротким нравом, нищелюбием и благотворительностью. Большое влияние на духовную жизнь княгини Евдокии оказали Святитель Алексий, Митрополит Московский, а также Преподобный Сергий Радонежский, который крестил одного из сыновей Димитрия и Евдокии. Восприемником других был преподобный Димитрий Прилуцкий. В 1367 году она вступила в брак с благоверным великим князем Московским Димитрием Иоанновичем, впоследствии прозванным Донским. Любовь к супругу и детям княгини Евдокии освящалась ее любовью к Богу. Дела христианского милосердия княгиня и ее супруг сочетали с подвигами поста и молитвы. В своей жизни они опирались на помощь святых, трудами которых была в те времена столь достославна Русская земля. Святитель Алексий, митрополит Московский, был близок княжескому семейству; духовником Евдокии и Димитрия был ученик Преподобного Сергия, игумен Симонова монастыря святой Феодор (впоследствии архиепископ Ростовский). Преподобные Сергий Радонежский и Димитрий Прилуцкий были восприемниками их детей.

Подвиг великого князя Димитрия по освобождению Руси от монголо-татарского ига разделяла и княгиня Евдокия. Поход благоверного князя Димитрия против Мамая, победоносно завершившийся 8 сентября 1380 года на Куликовом поле, поддерживался с ее стороны горячими молитвами и делами любви. В память победы княгиня построила внутри Московского Кремля храм в честь Рождества Пресвятой Богородицы. Храм был расписан выдающимися иконописцами Феофаном Греком и Симеоном Черным.

В 1389 году благоверный князь Димитрий, не достигнув сорока лет, опасно заболел и отошел ко Господу. Овдовевшая княгиня видела свою обязанность перед Богом прежде всего в завершении воспитания детей. Вместе с тем она начала устроение Вознесенского женского монастыря в Московском Кремле, отдав под него княжеские чертоги. Одновременно строились несколько храмов и монастырей в Переяславле-Залесском. Однако главной сокровенной целью княгини Евдокии после смерти супруга было устроение храма в собственном сердце. Княгиня вела тайную подвижническую жизнь, о чем нельзя было догадаться по пышным одеждам, в которых святая являлась перед людьми. Пришлось претерпеть и человеческую клевету. Подвиг этот увенчался явлением святой Евдокии Архангела Михаила, предвозвестившего скорую кончину. Образ Архангела, написанный по ее указаниям, был помещен в кремлевском храме в честь Рождества Пресвятой Богородицы.

Святая княгиня, воздерживавшаяся от непосредственного участия в государственных делах, всем сердцем отзывалась на беду. Когда Москве угрожал хан Тамерлан, по ее благочестивому совету из Владимира была принесена чудотворная икона Божией Матери. Пресвятая Богородица отозвалась на всенародную мольбу. В день Сретения иконы в Москве (26 августа 1395 года) Тамерлану во сне явилась Светоносная Жена, и устрашенный грозным предупреждением завоеватель отступил от Москвы.

В 1407 году, после явления Архангела Михаила, княгиня Евдокия, решила оставить великокняжеский терем и принять монашество, к которому она шла всю свою жизнь. Во время ее шествия в Вознесенский монастырь прозрел слепец, отеревший глаза краем ее одежды, а также от различных недугов исцелились 30 человек. В обители княгиня приняла постриге именем Евфросиния. Кроме смиренного несения иноческих подвигов, святая княгиня успела заложить в монастыре новую каменную церковь Вознесения. Прожив в иночестве несколько месяцев, святая Евфросиния 7 июля 1407 года мирно отошла ко Господу.

Святость преподобной Евфросинии удостоверена чудесными знамениями милости Божией, совершавшимися на ее гробнице в течение нескольких столетий. Ее духовный подвиг свидетельствует о том, что ни богатство, ни высокое общественное положение, ни семейные узы не могут быть непреодолимым препятствием для стяжания благодати Божией и святости.

(3)

29 мая — Блаженная Муза

Блаженная Муза жила в V веке. Известно, что она отличалась благонравием. О ней рассказал святой Григорий Двоеслов, папа Римский, своему архидиакону Петру то, что слышал от брата Музы, Прова. Однажды во сне блаженной явилась Пресвятая Богородица, окруженная отроковицами, и спросила ее: «Хочешь ли следовать за Мною и жить вместе с этими отроковицами?» «Хочу», – отвечала девочка. «Не делай же ничего нехорошего, избегай смеха и детских игр. В 30-й день Я приду за тобою и ты будешь с нами». С того времени Муза стала серьезной и постоянно сосредоточенно молилась. Отвечая на расспросы удивленных родителей, святая Муза рассказала им о видении. На 25-й день девочка заболела, а в 30-ый снова увидела Божию Матерь. Со словами: «Иду, иду, Госпожа моя!» – блаженная отроковица преставилась к Богу.

(2)

29 мая- Преподобный Феодор

Преподобный Феодор назван «Освященным» потому, что первый в своей обители был рукоположен во священники.

Преподобный Феодор происходил из Египта и был сыном богатых и знатных родителей-христиан. В нем рано проявилось стремление к иноческой жизни. Однажды, когда в доме родителей в честь праздника Богоявления было большое угощение, отрок, не желая принимать участие в пиршестве, скорбел, что за радости земной жизни будет лишен их в жизни будущей. 14-ти лет он тайно ушел из дома и поселился в одном из монастырей. Услыхав о преподобном Пахомии Великом, он возгорелся желанием увидеть подвижника. Преподобный Пахомий с любовию принял пришедшего отрока, будучи предуведомлен Богом о приходе его. Оставшись в обители, преподобный Феодор быстро преуспел во всех иноческих подвигах, особенно же в полном послушании своему наставнику и в сострадании к окружающим братиям. Мать Феодора, узнав, что он находится в Тавеннисской обители, с письмом от епископа пришла к преподобному Пахомию, моля о свидании с сыном. Но инок Феодор, опасаясь нарушить обет отречения от мира, отказался видеться с матерью.

Видя разум и способности святого Феодора, преподобный Пахомий однажды указал ему говорить поучение братии от Божественного Писания. Святому Феодору тогда было 20 лет. Он беспрекословно повиновался и стал говорить, но некоторые из старших братий оскорбились тем, что им читает поучение новоначальный инок, и удалились. Тогда преподобный Пахомий сказал им: «Вы покорились дьяволу и своим самомнением погубили свои труды. Вы не Феодора отвергли, но отвергли Слово Божие и лишились Святого Духа».

Святой Пахомий назначил преподобного Феодора строителем Тавеннисской обители, а сам удалился в более уединенный монастырь. Святой Феодор продолжал с сыновней любовью заботиться о своем наставнике, в предсмертной болезни преподобного Пахомия ухаживал за ним, когда великий авва преставился ко Господу, закрыл ему глаза. После смерти преподобного Пахомия святой Феодор управлял Тавеннисским монастырем, а позднее стал во главе всех Фиваидских обителей. Преподобный Феодор Освященный прославился святостью жизни и обильным даром чудотворений, он был хорошо известен святителю Афанасию, Патриарху Александрийскому. Почил святой Феодор в глубокой старости, в 368 году.

(2)

28 мая — Вознесение Господа нашего Иисуса Христа

Вознесение мы празднуем в сороковой день после Пасхи (Деян. 1, 1-12; Мк. 16, 12-19; Лк. 24, 50-52). Этот день всегда приходится на четверг шестой седмицы по Пасхе. До сих пор на горе Елеонской около Иерусалима сохраняется как святыня отпечаток стопы Спасителя на камне, на котором стоял Он перед Своим Вознесением, с которого вознесся в Небесную Обитель.

Архимандрит Иоанн (Крестьянкин)
Совершив дело спасения человеческого рода, Христос возносится на Небо. Праздник Вознесения сочетает в себе радость встречи и радость разлуки.
После искупительных страданий Учителя смерть разлучила апостолов с Ним. В скорби находились они. Но, как мы знаем, после славного Воскресения Своего Господь много раз в течение сорока дней (от Пасхи до Вознесения) являлся им, беседовал с ними, наставлял их.
Каждая такая встреча учеников со своим божественным Учителем, несомненно, была радостью для них.
Но вот наступила последняя встреча. Последняя беседа Учителя с учениками. И за ней последовала разлука на долгие времена. До самого Его Второго пришествия на землю.
Евангелист Лука повествует нам, что по Вознесении апостолы с радостью вернулись в Иерусалим (см. Лк. 24, 52). К этой радости они были подготовлены Самим Господом.
Мы знаем, что ближайшие ученики Спасителя были неразлучны с Ним во все дни Его земной жизни. Наслаждались беседой с Ним, слушали Его поучения, видели чудеса, творимые Им. Правда, тогда они еще не всё полностью и правильно понимали, так как еще не были просвещены Святым Духом. Но им было радостно видеть своего Божественного Учителя, исполнять Его повеления.
И потому. Когда Он на Тайной Вечере говорил им о том, что Ему надлежит и пострадать, и умереть, и в третий день воскреснуть, и затем совсем уйти от них, Он конечно заметил, что они опечалились.
Утешая их, Спаситель сказал им: «Если бы вы Меня действительно любили, вы радовались бы, что Я иду к Отцу Моему. Для вас же лучше, чтобы Я пошел к Отцу. Потому что Я приготовлю вам место, чтобы и вы были, где Я. Я пошлю вам от Отца Духа Утешителя, Который наставит вас всякую истину» (см. Ин. 14, 28).
Господь вознесся на Небо для того, чтобы приготовить его к принятию всех истинных Своих последователей (см. Ин. 14; 2,3).

Читать далее

(15)

28 мая-Преподобный Пахо́мий Нерехтский, Сыпановский, Костромской

Пре­по­доб­ный Па­хо­мий ро­дил­ся в пер­вой чет­вер­ти XIV ве­ка в го­ро­де Вла­ди­ми­ре на Клязь­ме. Мир­ское имя его бы­ло Иа­ков. Отец Иа­ко­ва был свя­щен­ни­ком в церк­ви свя­ти­те­ля Ни­ко­лая, его имя Иг­на­тий, мать на­зы­ва­лась Ан­на. Оба они бы­ли лю­ди бо­го­бо­яз­нен­ные и да­ли сво­е­му сы­ну бла­го­че­сти­вое вос­пи­та­ние; се­ми лет он был от­дан учить­ся свя­щен­ным кни­гам и, как ско­ро на­вык в Бо­же­ствен­ном Пи­са­нии, на­чал про­яв­лять необы­чай­ное усер­дие к хра­му Бо­жию. Осо­бен­но лю­бил Иа­ков мо­лить­ся в мо­на­сты­ре во имя Рож­де­ства Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы, и в этой слав­ной оби­те­ли он при­нял ино­че­ское по­стри­же­ние с име­нем Па­хо­мия. «И воз­го­ре­лось Ду­хом Свя­тым серд­це его, – го­во­рит древ­ний жиз­не­опи­са­тель пре­по­доб­но­го, – и за­тре­пе­та­ла ду­ша его Бо­же­ствен­ной лю­бо­вью, ибо огонь Бо­же­ствен­ной бла­го­да­ти за­жег ду­шу его, и вос­хо­тел быть ино­ком. – Дух Свя­тый вел его на этот путь».

Отец его то­гда скон­чал­ся, оста­вив Иа­ко­ва 12-лет­ним си­ро­той, а мать не пре­пят­ство­ва­ла сы­ну ис­пол­нить его бла­го­че­сти­вое на­ме­ре­ние и бла­го­сло­ви­ла сы­на на путь ино­че­ства. Но­во­по­стри­жен­ный юно­ша пе­ре­да­ет­ся опыт­но­му стар­цу, стро­го­му и тре­бо­ва­тель­но­му ду­хов­но­му во­ждю, и бес­пре­ко­слов­но под­чи­нил­ся ему: от­ре­ша­ет­ся от сво­ей во­ли и сдер­жи­ва­ет же­ла­ние сво­е­го серд­ца. Про­шло со­рок дней ис­ку­са, и на­сто­я­тель по­сы­ла­ет Па­хо­мия в брат­скую пе­кар­ню. Неуто­ми­мо тру­дит­ся здесь пре­по­доб­ный, ра­бо­тая днем и про­во­дя без сна но­чи, то­мя юную плоть свою.

Так про­шло мно­го вре­ме­ни. Игу­мен мо­на­сты­ря, ви­дя тру­до­лю­бие и сми­ре­ние пре­по­доб­но­го Па­хо­мия, при­во­дит его к свя­то­му Алек­сию, на­мест­ни­ку Мос­ков­ско­го мит­ро­по­ли­та Фе­о­гно­ста, и про­сит по­свя­тить Па­хо­мия в диа­ко­на. Свя­той Алек­сий охот­но ис­пол­ня­ет это. И в сане диа­ко­на пре­по­доб­ный про­жил в Рож­де­ствен­ском мо­на­сты­ре мно­го лет, око­ло де­ся­ти, а за­тем сде­лал­ся на­сто­я­те­лем Ца­ре-Кон­стан­ти­нов­ской оби­те­ли близ го­ро­да Вла­ди­ми­ра. Свя­ти­тель Алек­сий, вос­ста­но­вив древ­нюю оби­тель во имя рав­ноап­о­столь­но­го ца­ря Кон­стан­ти­на, не на­шел для нее бо­лее под­хо­дя­ще­го игу­ме­на, чем пре­по­доб­ный Па­хо­мий, доб­ро­де­те­ли ко­то­ро­го дав­но знал он. При­быв в 1362 го­ду во Вла­ди­мир, чтобы осмот­реть вос­со­здан­ную оби­тель, свя­ти­тель Алек­сий по­ста­вил Па­хо­мия ее на­чаль­ни­ком.

Несколь­ко лет управ­лял пре­по­доб­ный оби­те­лью, уста­и­вая в ней по­ря­док жиз­ни, на­зи­дая бра­тию сло­вом и при­ме­ром. Но за­тем «Бо­жия бла­го­дать при­шла на него», и яви­лось у него же­ла­ние пе­ре­не­сти свои по­дви­ги на ме­сто, где еще не си­я­ли све­том бла­го­че­стия хри­сти­ан­ские по­движ­ни­ки. Но­чью, тай­но от бра­тии, остав­ля­ет пре­по­доб­ный Па­хо­мий Ца­ре-Кон­стан­ти­нов­скую оби­тель и уда­ля­ет­ся в ко­стром­ские пре­де­лы, на ме­сто, ко­то­рое на­зы­ва­лось Нерехта. С собою при­нес по­движ­ник из иму­ще­ства толь­ко две кни­ги: «Пра­виль­ную кни­жи­цу» и Псал­тирь.

Нерехта упо­ми­на­ет­ся пер­вый раз в 1214 го­ду, и в по­ло­вине XIV ве­ка она пред­став­ля­ла со­бой, ве­ро­ят­но, зна­чи­тель­ное про­мыш­лен­ное се­ле­ние. В Нерехте Па­хо­мий оста­но­вил­ся на несколь­ко дней у од­но­го стран­но­при­им­но­го му­жа и в это вре­мя ис­кал ме­ста, удоб­но­го для со­зда­ния но­вой оби­те­ли. Та­кое ме­сто на­шел пре­по­доб­ный в двух вер­стах от се­ле­ния на во­сток: оно от­ли­ча­лось кра­со­той, бы­ло воз­вы­шен­но и по­рос­ло ле­сом: во­круг него про­те­ка­ло две ре­ки – Со­ло­ни­ца и ее при­ток, реч­ка Гри­дев­ка. Ме­сто пред­став­ля­ло со­бой по­лу­ост­ров и из­древ­ле на­зы­ва­лось Сы­па­но­во го­ро­ди­ще, Сы­па­но­ва го­ра или про­сто Сы­па­но­во. Пле­нен­ный кра­со­тою Сы­па­но­ва, по­движ­ник про­сил жи­те­лей Нерехты усту­пить ему по­лу­ост­ров, на ко­то­ром мож­но бы бы­ло по­ста­вить мо­на­стырь, и зем­лю для об­за­ве­де­ния мо­на­стыр­ско­го хо­зяй­ства. С ра­до­стью со­гла­си­лись ис­пол­нить прось­бу нерехт­чане, ко­то­рым бы­ло очень при­ят­но по­се­ле­ние у них свя­то­го, и усерд­но по­мо­га­ли пре­по­доб­но­му Па­хо­мию в устро­е­нии ме­ста для оби­те­ли: ру­би­ли лес, рас­чи­ща­ли зем­лю, по­ста­ви­ли ма­лую кел­лию са­мо­му по­движ­ни­ку. Пре­по­доб­ный на свои и на со­бран­ные с на­ро­да сред­ства на­пи­сал об­раз Жи­во­на­чаль­ной Тро­и­цы и с крест­ным хо­дом, со­про­вож­да­е­мый тол­пою на­ро­да, при­нес об­раз на Сы­па­но­во. На ме­сте ос­но­ва­ния хра­ма об­раз был по­став­лен и от­пет мо­ле­бен. Разо­шел­ся на­род по до­мам, а пре­по­доб­ный в сво­ей кел­лии мо­лил­ся Бо­гу, бла­го­да­рил Его за успеш­ное на­ча­тие де­ла и ска­зал: «Здесь по­кой мой; здесь я все­люсь и ста­ну жить, и пусть бу­дет то, что угод­но Бо­гу».

Жи­те­ли Нерехты с боль­шой охо­тою еже­днев­но при­хо­ди­ли к пре­по­доб­но­му Па­хо­мию и по­мо­га­ли ему в тру­дах устро­е­ния мо­на­сты­ря. Пре­по­доб­ный усерд­но тру­дил­ся с при­хо­див­ши­ми ми­ря­на­ми, бла­го­да­рил жерт­во­ва­те­лей. При­мер нерехт­чан на­шел под­ра­жа­те­лей сре­ди окрест­ных жи­те­лей, ко­то­рые так­же тру­ди­лись с Па­хо­ми­ем. По­яви­лись же­ла­ю­щие со­жи­тель­ство­вать по­движ­ни­ку в его пу­сты­ни; он с ра­до­стью по­стри­гал их в ино­че­ский об­раз и при­ни­мал как ча­до­лю­би­вый отец. Все бы­ло при­го­тов­ле­но к от­кры­тию Тро­иц­ко-Сы­па­но­вой оби­те­ли.

То­гда пре­по­доб­ный Па­хо­мий от­пра­вил­ся с од­ним из бра­тий в Моск­ву и про­сил у мит­ро­по­ли­та Алек­сия бла­го­сло­ве­ние на по­стро­е­ние хра­ма в оби­те­ли. Свя­ти­тель с ра­до­стью при­нял по­движ­ни­ка, дав­но ему зна­ко­мо­го, вел с ним ду­ше­по­лез­ную бе­се­ду, без за­мед­ле­ния дал бла­го­сло­вен­ную гра­мо­ту и ан­ти­минс. По воз­вра­ще­нии из Моск­вы пре­по­доб­ный еще рев­ност­нее спе­шил окон­чить Тро­иц­кий храм, еще усерд­нее ра­бо­та­ли с ним нерехт­чане и окрест­ные жи­те­ли. Вско­ре храм был го­тов, укра­шен ико­на­ми, снаб­жен кни­га­ми и тор­же­ствен­но освя­щен при уча­стии бли­жай­ше­го ду­хо­вен­ства и при сте­че­нии мно­же­ства на­ро­да.

Окон­чив храм, пре­по­доб­ный Па­хо­мий за­бот­ли­во устра­и­ва­ет мо­на­стырь. Бра­тия и мно­гие по­се­ти­те­ли оби­те­ли ста­вят брат­ские кел­лии. Мо­на­стырь об­но­сят сте­ною. Для про­пи­та­ния бра­тии за­во­дит­ся хле­бо­па­ше­ство: вы­ру­ба­ет­ся окрест­ный лес, вы­жи­га­ет­ся за­росль и по­яв­ля­ют­ся по­ля, за­се­ян­ные ро­жью, жи­том и ов­сом. Все это де­лал пре­по­доб­ный за­тем, чтобы бра­тия не бы­ли празд­ны­ми и пи­та­лись от сво­их тру­дов, а не од­ни­ми при­но­ше­ни­я­ми мир­ских лю­дей. Это­го ма­ло. Пом­ня, что мо­на­стырь устро­ил­ся на по­жерт­во­ва­ния ми­рян и да­же при их тру­до­вом со­дей­ствии, пре­по­доб­ный Па­хо­мий по­ста­вил за мо­на­стыр­ской сте­ною го­сти­ни­цу для «го­стей», то есть при­хо­дя­щих в оби­тель бо­го­моль­цев. Ис­пол­няя долг го­сте­при­им­ства, по­движ­ник кор­мил при­шель­цев мо­на­стыр­ским хле­бом и сам с бра­ти­ей вку­шал вме­сте с ни­ми тра­пе­зу. Вме­сте с внеш­ним шло и внут­рен­нее устро­е­ние Па­хо­ми­е­вой оби­те­ли. По­движ­ник дал ей стро­гий об­ще­жи­тель­ный устав, опре­де­лил мо­на­стыр­ские долж­но­сти: ке­ла­ря, каз­на­чея, чте­ца, пев­ца и ек­кле­си­ар­ха. В кон­це кон­цов Нерехт­ский мо­на­стырь стал от­ли­чать­ся та­ким по­ряд­ком, что дру­гие мо­на­сты­ри ста­ли ста­вить его в об­ра­зец се­бе. Это вы­зы­ва­ло и бо­лее усерд­ные жерт­вы окрест­ных хри­сто­люб­цев: они да­ва­ли свя­то­му на стро­е­ние мо­на­сты­ря, каж­дый от сво­е­го име­ния, кто сколь­ко мог. Один за­жи­точ­ный нерехт­ча­нин по­жерт­во­вал мо­на­сты­рю два ко­ло­ко­ла, тре­тий устро­ил по­движ­ник на соб­ствен­ные сред­ства.

В тру­дах и за­бо­тах о сво­ей оби­те­ли, в мо­лит­вен­ных по­дви­гах и по­пе­че­нии о спа­се­нии ду­ши сво­ей со­ста­рил­ся пре­по­доб­ный Па­хо­мий, за­не­мог и по­чув­ство­вал при­бли­же­ние кон­чи­ны. Ино­кам, окру­жив­шим одр, он ска­зал про­щаль­ное на­став­ле­ние: «Бра­тия! – на­чал по­движ­ник, – ныне от­хо­жу от вас и вру­чаю вас всех Пре­свя­той Тро­и­це и Пре­чи­стой Бо­го­ро­ди­це. А вы вы­бе­ри­те вме­сто ме­ня, ко­го хо­ти­те, на­сто­я­те­лем».

В от­вет бра­тия за­пла­ка­ли и еди­но­глас­но ска­за­ли уми­ра­ю­ще­му стар­цу: «Отец наш и пас­тырь! Не луч­ше ли и нам быть по­гре­бен­ным с то­бою, чем здесь оста­вать­ся без те­бя!»

Пре­по­доб­ный уте­шил ино­ков, со­ве­то­вал им на­деть­ся на Бо­га и вы­брал им в игу­ме­ны на свое ме­сто Фе­о­до­ра, по­стри­же­ни­ка Вла­ди­мир­ско­го Рож­де­ствен­ско­го мо­на­сты­ря, от­ту­да при­шед­ше­го в Сы­па­нов­скую пу­стынь. И мно­го свя­той по­учал бра­тию и на­став­лял на путь спа­се­ния, как со­блю­дать чин и устав мо­на­сты­ря, а в за­клю­че­ние при­ба­вил: «Бра­тия! Тер­пи­те на­хо­дя­щие на вас скор­би и бе­ды на сем ме­сте, да об­ря­ще­те бла­го­дать Бо­жию». По­сле то­го пре­по­доб­ный ис­про­сил у бра­тии про­ще­ние, дал им по­след­нее бла­го­сло­ве­ние и от­пу­стил с ми­ром по кел­ли­ям. 21 мар­та он при­об­щил­ся Свя­тых Та­ин, взи­рая на ико­ны, про­воз­гла­сил: «Гос­по­ди! В ру­це Твои пре­даю дух мой», – и скон­чал­ся. Это бы­ло в 1384 го­ду.

По­гре­бе­ние остан­ков угод­ни­ка Бо­жия бы­ло очень тор­же­ствен­но, при боль­шом сте­че­нии на­ро­да. Чест­ные мо­щи пре­по­доб­но­го по­ло­же­ны бы­ли по пра­вую сто­ро­ну ал­та­ря Тро­иц­ко­го со­бо­ра. Ко­гда в Сы­па­но­ве стро­и­ли ка­мен­ную цер­ковь на ме­сте де­ре­вян­ной, 6 мая 1675 го­да они об­ре­те­ны нетлен­ны­ми, но остав­ле­ны под спу­дом. По­том над ни­ми был устро­ен при­дел во имя угод­ни­ка Бо­жия. Те­перь его свя­тые мо­щи по­чи­ва­ют на ле­вой сто­роне Па­хо­ми­ев­ско­го при­де­ла, про­тив се­вер­ных врат ал­та­ря. Кра­си­вая ме­тал­ли­че­ская ра­ка воз­вы­ша­ет­ся над ни­ми, а по­верх ее по­ло­жен об­раз пре­по­доб­но­го Па­хо­мия.

Гос­подь Бог про­сла­вил Сво­е­го угод­ни­ка да­ром чу­до­тво­ре­ний как при жиз­ни его, так и по смер­ти.

В Нерехте во дни пре­по­доб­но­го Па­хо­мия про­жи­вал че­ло­век, пре­дан­ный неуме­рен­но­му пьян­ству. От ви­на он ли­шил­ся рас­суд­ка, бес­но­вал­ся и го­во­рил бес­смыс­ли­цу. Мно­го за­бо­ти­лись о нем род­ные, же­лая ис­це­лить его от бо­лез­ни, но на­прас­но. 1 ав­гу­ста, во вре­мя освя­ще­ния во­ды, ко­гда пре­по­доб­ный шел на реч­ку Гри­дев­ку, род­ствен­ни­ки ве­ли несчаст­но­го в мо­на­стырь. Оста­но­вив крест­ный ход, по­движ­ник ве­лел при­ве­сти боль­но­го к иор­да­ни, где про­ис­хо­ди­ло во­до­освя­ще­ние, и осе­нил его кре­стом. Безум­ный бро­сил­ся в во­ду и кри­чал: «Ах, как боль­но мне: ста­рец опа­лил ме­ня ог­нем». При этом он оста­вал­ся в реч­ке, ко­то­рая неглу­бо­ка, пла­кал и мо­лил­ся на ико­ны; рас­су­док вер­нул­ся к нему. Ис­це­лен­ный по­том рас­ска­зы­вал, что из кре­ста вы­шел огонь, ко­то­рый опа­лил его. По­сле ли­тур­гии Па­хо­мий дал ис­це­лен­но­му просфо­ру, и он на­все­гда из­ба­вил­ся от сво­ей бо­лез­ни.

Инок Ири­нарх, по­се­лив­ший­ся в мо­на­сты­ре при жиз­ни пре­по­доб­но­го и мно­го по­мо­гав­ший ему в устро­е­нии оби­те­ли, был ис­кус­ным жи­во­пис­цем. Через два го­да по­сле кон­чи­ны свя­то­го на­пал на Ири­нар­ха блуд­ный по­мысл и тяж­ко му­чил его. Инок по­ка­ял­ся в сво­ем гре­хе от­кры­то пе­ред всей бра­ти­ей, но и это не по­мог­ло ему. Он по­стил­ся, мо­лил­ся и, на­ко­нец, об­ра­тил­ся к за­ступ­ле­нию пре­по­доб­но­го Па­хо­мия, мо­ги­лу ко­то­ро­го по­се­щал каж­дый день. В од­ну ночь, утом­лен­ный мо­лит­вой и воз­вра­тясь с мо­ги­лы, Ири­нарх за­снул и ви­дит во сне све­то­леп­но­го стар­ца, укра­шен­но­го се­ди­на­ми, име­ю­ще­го дол­гую бо­ро­ду, бе­лую,как снег, и с жез­лом в ру­ке. Ста­рец ска­зал: «Брат Ири­нарх! Так все­гда мо­лись Гос­по­ду Бо­гу и Пре­чи­стой Бо­го­ро­ди­це, Гос­подь по­ми­ло­вал те­бя, не со­гре­шай впредь: вот ис­це­ля­ет те­бя Гос­подь от по­мыс­ла тво­е­го».

При этом чу­до­тво­рец уда­рил ино­ка по ле­во­му бед­ру жез­лом. Ири­нарх в ужа­се вско­чил и ви­дит пе­ред со­бою пре­по­доб­но­го Па­хо­мия, ко­то­рый го­во­рит: «Не бой­ся, ча­до! Ты те­перь ви­дишь ме­ня: на­пи­ши же об­раз по­до­бия мо­е­го, по­то­му что Гос­подь со­при­чис­лил ме­ня к ли­ку пре­по­доб­ных».

Проснув­шись, Ири­нарх рас­ска­зал о сво­ем ви­де­нии игу­ме­ну и бра­тии и в удо­сто­ве­ре­ние по­ка­зал след уда­ра на бед­ре сво­ем. Ис­пол­няя во­лю по­чив­ше­го свя­то­го, Ири­нарх на­пи­сал об­раз его, ко­то­рый сто­ит над гроб­ни­цею и со­хра­ня­ет­ся до­ныне.

В се­ле Ивань­ко­ве близ Ко­стро­мы в кон­це XVIII и на­ча­ле XIX вв. жил по­ме­щик Про­та­сьев. Он дол­го бо­лел гла­за­ми и на­ко­нец ослеп. Несчаст­ный не знал, что де­лать. Но вот яв­ля­ет­ся ему во сне ста­рец и со­ве­ту­ет по­мо­лить­ся пре­по­доб­но­му Па­хо­мию. Меж­ду тем Про­та­сьев и не знал, где ле­жат его мо­щи. Один зна­ко­мый ему ска­зал, что пре­по­доб­ный Па­хо­мий ле­жит в Сы­па­но­ве, и боль­ной с ра­до­стью и на­деж­дой явил­ся ту­да. Це­лый день го­ря­чо мо­лил­ся Про­та­сьев у ра­ки пре­по­доб­но­го и со­вер­шен­но про­зрел. В бла­го­дар­ность за ис­це­ле­ние свое он сде­лал се­реб­ря­ную ри­зу на гро­бо­вую ико­ну пре­по­доб­но­го.

В 1811 го­ду в церк­ви Сы­па­но­ва ра­бо­та­ли жи­во­пис­цы. Один из них, Со­ко­лов, ра­бо­тал в ку­по­ле, но так ле­ни­во, что свя­щен­ник хо­тел уда­лить его. Вне­зап­но Со­ко­лов тяж­ко за­не­мог, за­бо­ле­ла и его се­мья. Чув­ствуя при­бли­же­ние смер­ти, жи­во­пи­сец рас­ка­ял­ся в небреж­но­сти сво­ей. То­гда явил­ся ему во сне пре­по­доб­ный Па­хо­мий и го­во­рит: «Вста­вай и впредь так не де­лай». Яв­ле­ние так силь­но по­дей­ство­ва­ло на Со­ко­ло­ва, что, ско­ро вы­здо­ро­вев, он с усер­ди­ем при­нял­ся за ра­бо­ту и пре­крас­но ис­пол­нил стен­ную жи­во­пись.

Рас­ска­зы­ва­ют, что пре­по­доб­ный Па­хо­мий еще раз явил­ся жи­во­пис­цу пе­ред тем, как пи­сать ему на стене изо­бра­же­ние угод­ни­ка Бо­жия. Про­бу­див­шись, Со­ко­лов немед­лен­но взял­ся за кисть, чтобы не за­быть чер­ты ли­ца пре­по­доб­но­го Па­хо­мия.

В 1843 и 1892 гг. жи­те­ли Сы­па­но­ва бы­ли чу­дес­но из­бав­ле­ны пред­ста­тель­ством пре­по­доб­но­го от по­жа­ра. Но осо­бен­но па­мят­на для нерехт­чан и все­го Нерехт­ско­го края по­мощь угод­ни­ка Бо­жия во вре­мя хо­лер­ных эпи­де­мий 1848 и 1853 гг.

С вес­ны 1848 го­да хо­ле­ра силь­но рас­про­стра­ни­лась по Ко­стром­ской гу­бер­нии. В Нерехте на­ча­лась она в мае и ско­ро пре­вра­ти­лась в мор. При­хо­жане се­ла Сы­па­но­ва об­ра­ти­лись с мо­лит­вой к пре­по­доб­но­му Па­хо­мию, и он из­ба­вил их от смер­то­нос­ной яз­вы. Ко­гда со­вер­ша­ли крест­ный ход по се­лу и де­рев­ням при­хо­да, бо­лезнь немед­лен­но пре­кра­ща­лась; от­ча­ян­ные боль­ные немед­лен­но вы­здо­рав­ли­ва­ли. В Нерехту ико­на пре­по­доб­но­го при­не­се­на бы­ла в са­мый раз­гар эпи­де­мии и оста­ва­лась де­сять дней, и там очень ма­ло умер­ло из за­болев­ших, – все­го 9 че­ло­век из 300. Но­си­ли ико­ну чу­до­твор­ца и по со­сед­ним се­ле­ни­ям и де­рев­ням.

Через пять лет по­вто­ри­лись по­доб­ные яв­ле­ния ми­ло­сти Бо­жи­ей по мо­лит­вам пре­по­доб­но­го Па­хо­мия. В од­ной де­ревне был тяж­ко бо­лен хо­ле­рой ста­рик. Без чувств ле­жал он, и род­ные жда­ли его смер­ти. Вдруг он вздрог­нул и спро­сил: «Несут ли угод­ни­ка?» Ему ска­за­ли, что с об­ра­зом уже вхо­дят в де­рев­ню. Боль­ной тот­час же встал, по­шел на­встре­чу иконе и но­сил ее по до­мам де­рев­ни со­вер­шен­но здо­ро­вый. Так на­граж­де­на бы­ла ве­ра в по­мощь угод­ни­ка Бо­жия. За­то неве­рие на­ка­зы­ва­лось. Один врач и же­на его сме­я­лись над при­вер­жен­но­стью пра­во­слав­ных к ико­нам и на­бож­но­стью на­ро­да. В тот же день за­бо­ле­ли они хо­ле­рой и в страш­ных му­че­ни­ях скон­ча­лись.

В 1866 го­ду по мо­лит­вам пре­по­доб­но­го Па­хо­мия пре­кра­тил­ся в Сы­па­но­ве па­деж ско­та.

К 1892 го­ду со­вер­ши­лось чу­до над кре­стьян­кой Ели­за­ве­той Фе­до­се­е­вой. Око­ло двух лет у нее бы­ла нестер­пи­мая ло­мо­та в но­гах и по­яс­ни­це; боль­ная сна­ча­ла еле хо­ди­ла, по­том бо­лее по­лу­го­да по­чти не вста­ва­ла. Мно­го ле­чи­лась она у вра­чей, но ни­че­го не по­мо­га­ло. Ча­сто мо­ли­лась она, про­ся Гос­по­да вра­зу­мить ее, ку­да ей ид­ти на бо­го­мо­лье, чтобы по­лу­чить ис­це­ле­ние. Мо­лит­ва ее бы­ла услы­ша­на.

«Во сне яс­но уви­да­ла я, — рас­ска­зы­ва­ла сы­па­нов­ско­му свя­щен­ни­ку Ели­за­ве­та, — буд­то мо­люсь в Па­хо­ми­ев день, 15 мая, вот здесь у Тро­и­цы, стою же я в огра­де, так как на­ро­да бы­ло мно­же­ство, а ко­гда по­шли крест­ным хо­дом, от ико­ны пре­по­доб­но­го Па­хо­мия ис­хо­ди­ло необык­но­вен­ное си­я­ние. Пре­по­доб­ный мне в эту же ночь явил­ся в том ви­де, как на­пи­сан на иконе, и ве­лел схо­дить по­мо­лить­ся об ис­це­ле­нии пе­ред его мо­ща­ми. Как толь­ко я про­бу­ди­лась, тот­час же да­ла обе­ща­ние схо­дить в Сы­па­но­во к пре­по­доб­но­му и от­слу­жить мо­ле­бен; с это­го же дня вы­здо­ров­ле­ние мое пошло быст­ро, и вот я со­вер­шен­но здо­ро­ва. Не знаю, как и бла­го­да­рить угод­ни­ка».

Бла­го­да­ря мно­го­чис­лен­ным чу­до­тво­ре­ни­ям мест­ное по­чи­та­ние пре­по­доб­но­го в его оби­те­ли на­ча­лось вско­ре по­сле его кон­чи­ны, как это вид­но из чу­да с Ири­нар­хом. По­сле об­ре­те­ния мо­щей пре­по­доб­но­го Па­хо­мия (в 1675 го­ду) по­чи­та­ние его, есте­ствен­но, уси­ли­ва­ет­ся: устра­и­ва­ет­ся при­дел во имя его в од­ну связь с Тро­иц­кой цер­ко­вью и ка­мен­ная гроб­ни­ца над мо­ща­ми. Два­жды в год мест­но празд­ну­ет­ся па­мять угод­ни­ка Бо­жия: 21 мар­та/3 ап­ре­ля – в день кон­чи­ны, и 15/28 мая – в день его Ан­ге­ла. То­гда бы­ва­ет боль­шое сте­че­ние бо­го­моль­цев к при­ход­ской Тро­и­це-Сы­па­нов­ской церк­ви, сто­я­щей на ме­сте за­кры­то­го в 1764 го­ду мо­на­сты­ря.

(2)

28 мая-Преподобный Пахо́мий Великий, Египетский, Фиваидский

Пре­по­доб­ный Па­хо­мий Ве­ли­кий на­ря­ду с Ан­то­ни­ем Ве­ли­ким (па­мять 30 января), Ма­ка­ри­ем Ве­ли­ким (па­мять 1 февраля) и Ев­фи­ми­ем Ве­ли­ким (па­мять 2 февраля) яв­ля­ет­ся стол­пом пу­стын­но­жи­тель­ства и ос­но­ва­те­лем мо­на­ше­ско­го об­ще­жи­тия в Егип­те. Ро­дил­ся пре­по­доб­ный Па­хо­мий в III ве­ке в Фива­и­де (Верх­ний Еги­пет) от ро­ди­те­лей языч­ни­ков и по­лу­чил хо­ро­шее свет­ское об­ра­зо­ва­ние. С юно­сти он имел за­дат­ки доб­ро­го нра­ва, был це­ло­муд­рен и рас­су­ди­те­лен. Ко­гда Па­хо­мию ис­пол­ни­лось 20 лет, он был при­зван в вой­ска им­пе­ра­то­ра Кон­стан­ти­на (по-ви­ди­мо­му, в 315 го­ду). Но­во­бран­цев раз­ме­сти­ли в зда­нии го­род­ской тем­ни­цы под охра­ной стра­жи. Мест­ные хри­сти­ане при­шли с за­па­са­ми пи­щи, кор­ми­ли во­и­нов и усерд­но им слу­жи­ли. Ко­гда юно­ша узнал, что эти лю­ди так по­сту­па­ют ра­ди сво­е­го Бо­га, ис­пол­няя Его за­по­ведь о люб­ви к ближ­ним, это глу­бо­ко за­па­ло в его чи­стую ду­шу. Па­хо­мий дал обе­ща­ние сде­лать­ся хри­сти­а­ни­ном. Вер­нув­шись из вой­ска по­сле по­бе­ды, Па­хо­мий при­нял Свя­тое Кре­ще­ние, по­се­лил­ся в уеди­нен­ном се­ле­нии Ше­не­сит и сра­зу же стал ве­сти стро­гую по­движ­ни­че­скую жизнь. По­чув­ство­вав необ­хо­ди­мость в ду­хов­ном ру­ко­во­ди­те­ле, он об­ра­тил­ся к фива­ид­ско­му пу­стын­ни­ку Па­ла­мо­ну, был при­нят стар­цем с лю­бо­вью и стал рев­ност­но про­хо­дить мо­на­ше­ские по­дви­ги по при­ме­ру сво­е­го на­став­ни­ка.

Од­на­жды, по­сле 10 лет пу­стын­ной жиз­ни, пре­по­доб­ный Па­хо­мий, идя по пу­стыне, оста­но­вил­ся у раз­ва­лин се­ле­ния Та­вен­ни­си и услы­шал го­лос, при­ка­зав­ший ему по­стро­ить на этом ме­сте оби­тель. Па­хо­мий рас­ска­зал об этом стар­цу Па­ла­мо­ну, и оба, при­няв услы­шан­ные сло­ва за ука­за­ние Бо­жие, от­пра­ви­лись в Та­вен­ни­си и на­ча­ли стро­ить неболь­шое ино­че­ское жи­ли­ще. Свя­той ста­рец Па­ла­мон бла­го­сло­вил на­ча­ло ос­но­ва­ния оби­те­ли и пред­ска­зал бу­ду­щую ее сла­ву. Вско­ре пре­по­доб­ный Па­ла­мон ото­шел ко Гос­по­ду. То­гда свя­то­му Па­хо­мию явил­ся Ан­гел Бо­жий в об­ра­зе схим­ни­ка и вру­чил ему устав мо­на­ше­ской жиз­ни. Вско­ре к пре­по­доб­но­му при­шел его стар­ший брат Иоанн и по­се­лил­ся вме­сте с ним.

Пре­по­доб­ный Па­хо­мий тер­пел мно­го ис­ку­ше­ний и на­па­де­ний от вра­га ро­да че­ло­ве­че­ско­го, но все ис­ку­ше­ния пре­по­доб­ный Па­хо­мий доб­лест­но от­ра­жал мо­лит­вой к Бо­гу и тер­пе­ни­ем.

По­сте­пен­но к пре­по­доб­но­му Па­хо­мию ста­ли со­би­рать­ся уче­ни­ки. Всех их по­ра­жа­ло тру­до­лю­бие на­став­ни­ка, ко­то­рый успе­вал ис­пол­нять все мо­на­стыр­ские ра­бо­ты: воз­де­лы­вал сад, бе­се­до­вал с при­хо­дя­щи­ми, про­сив­ши­ми на­став­ле­ния, и слу­жил боль­ным. Пре­по­доб­ный Па­хо­мий ввел устав об­ще­го жи­тия, уста­но­вив еди­но­об­ра­зие для всех в пи­ще и одеж­де. Ино­ки оби­те­ли долж­ны бы­ли тру­дить­ся в на­зна­чен­ных им по­слу­ша­ни­ях на об­щую поль­зу оби­те­ли. В чис­ле по­слу­ша­ний бы­ло пе­ре­пи­сы­ва­ние книг. Ино­ки не долж­ны бы­ли иметь соб­ствен­ных де­нег или при­ни­мать что-ни­будь от сво­их род­ствен­ни­ков. Пре­по­доб­ный счи­тал, что по­слу­ша­ние, ис­пол­ня­е­мое с усер­ди­ем, вы­ше по­ста и мо­лит­вы, и тре­бо­вал от ино­ков точ­но­го со­блю­де­ния уста­ва, стро­го на­ка­зы­вая на­ру­ши­те­лей.

Од­на­жды к пре­по­доб­но­му Па­хо­мию при­шла его сест­ра Ма­рия, ко­то­рая дав­но же­ла­ла уви­деть бра­та. Но стро­гий по­движ­ник от­ка­зал ей в сви­да­нии и через при­врат­ни­ка пе­ре­дал ей бла­го­сло­ве­ние всту­пить на путь мо­на­ше­ской жиз­ни, обе­щая в этом свою по­мощь. Ма­рия за­пла­ка­ла, но по­сту­пи­ла со­глас­но ука­за­нию бра­та. Та­вен­нис­ские ино­ки по­стро­и­ли для нее жи­ли­ще на про­ти­во­по­лож­ном бе­ре­гу Ни­ла. К Ма­рии ста­ли со­би­рать­ся ино­ки­ни, и вско­ре со­зда­лась жен­ская оби­тель со стро­гим уста­вом, ко­то­рый был пе­ре­дан пре­по­доб­ным Па­хо­ми­ем.

Чис­ло ино­ков мо­на­сты­ря быст­ро воз­рас­та­ло, что вы­зва­ло необ­хо­ди­мость по­строй­ки еще 7-ми мо­на­сты­рей по­бли­зо­сти. Ко­ли­че­ство ино­ков до­хо­ди­ло до 7000, и все они на­хо­ди­лись под ру­ко­вод­ством пре­по­доб­но­го Па­хо­мия, ко­то­рый по­се­щал все мо­на­сты­ри и управ­лял ими. В то же вре­мя пре­по­доб­ный Па­хо­мий оста­вал­ся глу­бо­ко сми­рен­ным ино­ком, ко­то­рый все­гда го­тов был по­ви­но­вать­ся и при­ни­мать за­ме­ча­ния от каж­до­го бра­та.

Су­ро­вый и стро­гий к се­бе, пре­по­доб­ный Па­хо­мий имел ве­ли­кое ми­ло­сер­дие и снис­хож­де­ние к недо­ста­точ­но зре­лым ду­хов­но ино­кам. Один из ино­ков стре­мил­ся к по­дви­гу му­че­ни­че­ства, но пре­по­доб­ный от­вра­щал его от этих стрем­ле­ний и на­став­лял без­молв­но ис­пол­нять мо­на­ше­ское по­слу­ша­ние, укро­щая в се­бе гор­дость и при­уча­ясь к сми­ре­нию. Од­на­ко инок не по­слу­шал на­став­ни­ка и ушел из оби­те­ли, по­сле че­го под­верг­ся на­па­де­нию раз­бой­ни­ков, ко­то­рые под стра­хом смер­ти при­ну­ди­ли его при­не­сти жерт­ву язы­че­ским бо­гам. В пол­ном от­ча­я­нии инок вер­нул­ся в оби­тель. Пре­по­доб­ный ве­лел ему уси­лен­но мо­лить­ся днем и но­чью, со­блю­дать стро­гий пост и жить в пол­ном мол­ча­нии. Инок по­сле­до­вал на­став­ле­нию пре­по­доб­но­го, и это спас­ло его ду­шу от от­ча­я­ния.

Пре­по­доб­ный учил вся­че­ски опа­сать­ся осуж­де­ния дру­гих и сам бо­ял­ся да­же в мыс­лях осу­дить ко­го-ли­бо.

С осо­бой лю­бо­вью от­но­сил­ся пре­по­доб­ный Па­хо­мий к боль­ным ино­кам. Он по­се­щал их, обод­рял уны­ва­ю­щих, убеж­дал бла­го­да­рить Бо­га и воз­ла­гать на­деж­ду на Его свя­тую во­лю. Боль­ным он ослаб­лял пост, ес­ли это бы­ло необ­хо­ди­мо для их вы­здо­ров­ле­ния. Од­на­жды в от­сут­ствие пре­по­доб­но­го по­вар не го­то­вил мо­на­хам ва­ре­ной пи­щи, ссы­ла­ясь на то, что бра­тия лю­бят по­стить­ся. Вме­сто сво­е­го по­слу­ша­ния он сплел 500 ро­гож, но пре­по­доб­ный не одоб­рил его по­ступ­ка; и в на­ка­за­ние за непо­слу­ша­ние ве­лел сжечь все из­го­тов­лен­ные по­ва­ром ро­го­жи.

Пре­по­доб­ный Па­хо­мий все­гда по­учал ино­ков иметь на­деж­ду толь­ко на по­мощь и ми­лость Бо­жию. В оби­те­ли как-то слу­чил­ся недо­ста­ток пше­ни­цы. Це­лую ночь свя­той про­вел в мо­лит­ве, а утром при­вез­ли от на­чаль­ни­ка го­ро­да боль­шое ко­ли­че­ство хле­ба для мо­на­сты­ря, не взяв ни­че­го в упла­ту. Гос­подь спо­до­бил пре­по­доб­но­го Па­хо­мия да­ра чу­до­тво­ре­ния и ис­це­ле­ния бо­лез­ней.

Ему бы­ли от­кры­ты Гос­по­дом по­сле­ду­ю­щие судь­бы мо­на­ше­ства. Свя­той знал, что по­след­ние мо­на­хи не бу­дут иметь та­кой рев­но­сти к по­дви­гам, как пер­вые, бу­дут хо­дить как во тьме, не имея опыт­ных ру­ко­во­ди­те­лей. Про­стер­шись на зем­ле, пре­по­доб­ный Па­хо­мий горь­ко пла­кал, взы­вая к Гос­по­ду и про­ся ми­ло­сти к ним. В от­вет он услы­шал Го­лос: «Па­хо­мий, помни о ми­ло­сер­дии Бо­жи­ем. О по­след­них мо­на­хах знай, что и они по­лу­чат на­гра­ду, ибо им при­дет­ся стра­дать от тяж­кой для ино­ка жиз­ни».

Под ко­нец сво­ей жиз­ни пре­по­доб­ный Па­хо­мий тяж­ко за­бо­лел от быв­шей в тех ме­стах мо­ро­вой бо­лез­ни. За ним с сы­нов­ней лю­бо­вью уха­жи­вал его бли­жай­ший и лю­би­мый уче­ник пре­по­доб­ный Фе­о­дор (па­мять 29 мая). Скон­чал­ся пре­по­доб­ный Па­хо­мий око­ло 348 го­да в воз­расте 53-х лет и был по­гре­бен у го­ры воз­ле оби­те­ли.Пре­по­доб­ный Па­хо­мий Ве­ли­кий на­ря­ду с Ан­то­ни­ем Ве­ли­ким (па­мять 30 января), Ма­ка­ри­ем Ве­ли­ким (па­мять 1 февраля) и Ев­фи­ми­ем Ве­ли­ким (па­мять 2 февраля) яв­ля­ет­ся стол­пом пу­стын­но­жи­тель­ства и ос­но­ва­те­лем мо­на­ше­ско­го об­ще­жи­тия в Егип­те. Ро­дил­ся пре­по­доб­ный Па­хо­мий в III ве­ке в Фива­и­де (Верх­ний Еги­пет) от ро­ди­те­лей языч­ни­ков и по­лу­чил хо­ро­шее свет­ское об­ра­зо­ва­ние. С юно­сти он имел за­дат­ки доб­ро­го нра­ва, был це­ло­муд­рен и рас­су­ди­те­лен. Ко­гда Па­хо­мию ис­пол­ни­лось 20 лет, он был при­зван в вой­ска им­пе­ра­то­ра Кон­стан­ти­на (по-ви­ди­мо­му, в 315 го­ду). Но­во­бран­цев раз­ме­сти­ли в зда­нии го­род­ской тем­ни­цы под охра­ной стра­жи. Мест­ные хри­сти­ане при­шли с за­па­са­ми пи­щи, кор­ми­ли во­и­нов и усерд­но им слу­жи­ли. Ко­гда юно­ша узнал, что эти лю­ди так по­сту­па­ют ра­ди сво­е­го Бо­га, ис­пол­няя Его за­по­ведь о люб­ви к ближ­ним, это глу­бо­ко за­па­ло в его чи­стую ду­шу. Па­хо­мий дал обе­ща­ние сде­лать­ся хри­сти­а­ни­ном. Вер­нув­шись из вой­ска по­сле по­бе­ды, Па­хо­мий при­нял Свя­тое Кре­ще­ние, по­се­лил­ся в уеди­нен­ном се­ле­нии Ше­не­сит и сра­зу же стал ве­сти стро­гую по­движ­ни­че­скую жизнь. По­чув­ство­вав необ­хо­ди­мость в ду­хов­ном ру­ко­во­ди­те­ле, он об­ра­тил­ся к фива­ид­ско­му пу­стын­ни­ку Па­ла­мо­ну, был при­нят стар­цем с лю­бо­вью и стал рев­ност­но про­хо­дить мо­на­ше­ские по­дви­ги по при­ме­ру сво­е­го на­став­ни­ка.

Од­на­жды, по­сле 10 лет пу­стын­ной жиз­ни, пре­по­доб­ный Па­хо­мий, идя по пу­стыне, оста­но­вил­ся у раз­ва­лин се­ле­ния Та­вен­ни­си и услы­шал го­лос, при­ка­зав­ший ему по­стро­ить на этом ме­сте оби­тель. Па­хо­мий рас­ска­зал об этом стар­цу Па­ла­мо­ну, и оба, при­няв услы­шан­ные сло­ва за ука­за­ние Бо­жие, от­пра­ви­лись в Та­вен­ни­си и на­ча­ли стро­ить неболь­шое ино­че­ское жи­ли­ще. Свя­той ста­рец Па­ла­мон бла­го­сло­вил на­ча­ло ос­но­ва­ния оби­те­ли и пред­ска­зал бу­ду­щую ее сла­ву. Вско­ре пре­по­доб­ный Па­ла­мон ото­шел ко Гос­по­ду. То­гда свя­то­му Па­хо­мию явил­ся Ан­гел Бо­жий в об­ра­зе схим­ни­ка и вру­чил ему устав мо­на­ше­ской жиз­ни. Вско­ре к пре­по­доб­но­му при­шел его стар­ший брат Иоанн и по­се­лил­ся вме­сте с ним.

Пре­по­доб­ный Па­хо­мий тер­пел мно­го ис­ку­ше­ний и на­па­де­ний от вра­га ро­да че­ло­ве­че­ско­го, но все ис­ку­ше­ния пре­по­доб­ный Па­хо­мий доб­лест­но от­ра­жал мо­лит­вой к Бо­гу и тер­пе­ни­ем.

По­сте­пен­но к пре­по­доб­но­му Па­хо­мию ста­ли со­би­рать­ся уче­ни­ки. Всех их по­ра­жа­ло тру­до­лю­бие на­став­ни­ка, ко­то­рый успе­вал ис­пол­нять все мо­на­стыр­ские ра­бо­ты: воз­де­лы­вал сад, бе­се­до­вал с при­хо­дя­щи­ми, про­сив­ши­ми на­став­ле­ния, и слу­жил боль­ным. Пре­по­доб­ный Па­хо­мий ввел устав об­ще­го жи­тия, уста­но­вив еди­но­об­ра­зие для всех в пи­ще и одеж­де. Ино­ки оби­те­ли долж­ны бы­ли тру­дить­ся в на­зна­чен­ных им по­слу­ша­ни­ях на об­щую поль­зу оби­те­ли. В чис­ле по­слу­ша­ний бы­ло пе­ре­пи­сы­ва­ние книг. Ино­ки не долж­ны бы­ли иметь соб­ствен­ных де­нег или при­ни­мать что-ни­будь от сво­их род­ствен­ни­ков. Пре­по­доб­ный счи­тал, что по­слу­ша­ние, ис­пол­ня­е­мое с усер­ди­ем, вы­ше по­ста и мо­лит­вы, и тре­бо­вал от ино­ков точ­но­го со­блю­де­ния уста­ва, стро­го на­ка­зы­вая на­ру­ши­те­лей.

Од­на­жды к пре­по­доб­но­му Па­хо­мию при­шла его сест­ра Ма­рия, ко­то­рая дав­но же­ла­ла уви­деть бра­та. Но стро­гий по­движ­ник от­ка­зал ей в сви­да­нии и через при­врат­ни­ка пе­ре­дал ей бла­го­сло­ве­ние всту­пить на путь мо­на­ше­ской жиз­ни, обе­щая в этом свою по­мощь. Ма­рия за­пла­ка­ла, но по­сту­пи­ла со­глас­но ука­за­нию бра­та. Та­вен­нис­ские ино­ки по­стро­и­ли для нее жи­ли­ще на про­ти­во­по­лож­ном бе­ре­гу Ни­ла. К Ма­рии ста­ли со­би­рать­ся ино­ки­ни, и вско­ре со­зда­лась жен­ская оби­тель со стро­гим уста­вом, ко­то­рый был пе­ре­дан пре­по­доб­ным Па­хо­ми­ем.

Чис­ло ино­ков мо­на­сты­ря быст­ро воз­рас­та­ло, что вы­зва­ло необ­хо­ди­мость по­строй­ки еще 7-ми мо­на­сты­рей по­бли­зо­сти. Ко­ли­че­ство ино­ков до­хо­ди­ло до 7000, и все они на­хо­ди­лись под ру­ко­вод­ством пре­по­доб­но­го Па­хо­мия, ко­то­рый по­се­щал все мо­на­сты­ри и управ­лял ими. В то же вре­мя пре­по­доб­ный Па­хо­мий оста­вал­ся глу­бо­ко сми­рен­ным ино­ком, ко­то­рый все­гда го­тов был по­ви­но­вать­ся и при­ни­мать за­ме­ча­ния от каж­до­го бра­та.

Су­ро­вый и стро­гий к се­бе, пре­по­доб­ный Па­хо­мий имел ве­ли­кое ми­ло­сер­дие и снис­хож­де­ние к недо­ста­точ­но зре­лым ду­хов­но ино­кам. Один из ино­ков стре­мил­ся к по­дви­гу му­че­ни­че­ства, но пре­по­доб­ный от­вра­щал его от этих стрем­ле­ний и на­став­лял без­молв­но ис­пол­нять мо­на­ше­ское по­слу­ша­ние, укро­щая в се­бе гор­дость и при­уча­ясь к сми­ре­нию. Од­на­ко инок не по­слу­шал на­став­ни­ка и ушел из оби­те­ли, по­сле че­го под­верг­ся на­па­де­нию раз­бой­ни­ков, ко­то­рые под стра­хом смер­ти при­ну­ди­ли его при­не­сти жерт­ву язы­че­ским бо­гам. В пол­ном от­ча­я­нии инок вер­нул­ся в оби­тель. Пре­по­доб­ный ве­лел ему уси­лен­но мо­лить­ся днем и но­чью, со­блю­дать стро­гий пост и жить в пол­ном мол­ча­нии. Инок по­сле­до­вал на­став­ле­нию пре­по­доб­но­го, и это спас­ло его ду­шу от от­ча­я­ния.

Пре­по­доб­ный учил вся­че­ски опа­сать­ся осуж­де­ния дру­гих и сам бо­ял­ся да­же в мыс­лях осу­дить ко­го-ли­бо.

С осо­бой лю­бо­вью от­но­сил­ся пре­по­доб­ный Па­хо­мий к боль­ным ино­кам. Он по­се­щал их, обод­рял уны­ва­ю­щих, убеж­дал бла­го­да­рить Бо­га и воз­ла­гать на­деж­ду на Его свя­тую во­лю. Боль­ным он ослаб­лял пост, ес­ли это бы­ло необ­хо­ди­мо для их вы­здо­ров­ле­ния. Од­на­жды в от­сут­ствие пре­по­доб­но­го по­вар не го­то­вил мо­на­хам ва­ре­ной пи­щи, ссы­ла­ясь на то, что бра­тия лю­бят по­стить­ся. Вме­сто сво­е­го по­слу­ша­ния он сплел 500 ро­гож, но пре­по­доб­ный не одоб­рил его по­ступ­ка; и в на­ка­за­ние за непо­слу­ша­ние ве­лел сжечь все из­го­тов­лен­ные по­ва­ром ро­го­жи.

Пре­по­доб­ный Па­хо­мий все­гда по­учал ино­ков иметь на­деж­ду толь­ко на по­мощь и ми­лость Бо­жию. В оби­те­ли как-то слу­чил­ся недо­ста­ток пше­ни­цы. Це­лую ночь свя­той про­вел в мо­лит­ве, а утром при­вез­ли от на­чаль­ни­ка го­ро­да боль­шое ко­ли­че­ство хле­ба для мо­на­сты­ря, не взяв ни­че­го в упла­ту. Гос­подь спо­до­бил пре­по­доб­но­го Па­хо­мия да­ра чу­до­тво­ре­ния и ис­це­ле­ния бо­лез­ней.

Ему бы­ли от­кры­ты Гос­по­дом по­сле­ду­ю­щие судь­бы мо­на­ше­ства. Свя­той знал, что по­след­ние мо­на­хи не бу­дут иметь та­кой рев­но­сти к по­дви­гам, как пер­вые, бу­дут хо­дить как во тьме, не имея опыт­ных ру­ко­во­ди­те­лей. Про­стер­шись на зем­ле, пре­по­доб­ный Па­хо­мий горь­ко пла­кал, взы­вая к Гос­по­ду и про­ся ми­ло­сти к ним. В от­вет он услы­шал Го­лос: «Па­хо­мий, помни о ми­ло­сер­дии Бо­жи­ем. О по­след­них мо­на­хах знай, что и они по­лу­чат на­гра­ду, ибо им при­дет­ся стра­дать от тяж­кой для ино­ка жиз­ни».

Под ко­нец сво­ей жиз­ни пре­по­доб­ный Па­хо­мий тяж­ко за­бо­лел от быв­шей в тех ме­стах мо­ро­вой бо­лез­ни. За ним с сы­нов­ней лю­бо­вью уха­жи­вал его бли­жай­ший и лю­би­мый уче­ник пре­по­доб­ный Фе­о­дор (па­мять 29 мая). Скон­чал­ся пре­по­доб­ный Па­хо­мий око­ло 348 го­да в воз­расте 53-х лет и был по­гре­бен у го­ры воз­ле оби­те­ли.

(0)

27 мая — Отдание праздника Пасхи.

Предпразднство Вознесения Господня.
Отдание Пасхи совершается в среду 6-ой недели по Пасхе. В этот день заканчивается сорокадневное празднование Светлого Христова Воскресения, и мы последний раз приветствуем друг друга словами пасхальной радости: «Христос Воскресе!» и готовимся встречать грядущий праздник Вознесения Господня. На отдание Пасхи совершается торжественное богослужение, которое практически полностью совпадает со службами Светлой седмицы.

Читать далее

(23)

27 мая -Мученик Исидор Хиосский

Святой мученик Исидор жил в III веке на острове Хиосе, родом был из Александрии. В первый год правления императора Декия (249–251) был издан указ переписать всех способных служить в войсках Римской империи. Святого Исидора, рослого, с крепким телосложением, приняли в полк военачальника Нумерия. Святой Исидор был христианин, вел трезвую и воздержную жизнь, был целомудрен, избегая всех языческих обычаев. Другой императорский указ повелевал, чтобы все воины поклонялись римским языческим богам и приносили им жертвы. Не подчинившиеся указу должны были предаваться на мучения и смерть. Сотник донес военачальнику Нумерию, что Исидор христианин. На допросе перед Нумерием святой Исидор бестрепетно исповедал свою веру во Христа Спасителя и отказался принести жертву идолам. Нумерий убеждал святого не подвергать себя мучениям и повиноваться воле императора, но святой Исидор отвечал, что повинуется лишь воле вечного Бога, Христа-Спасителя, и никогда не отречется от Него. Святой был предан на муки. Во время истязаний он славил Христа Бога и хулил языческих идолов. Военачальник велел отрезать святому язык, но и после этого святой продолжал внятно прославлять Христа. Нумерий в ужасе упал на землю и сам потерял дар речи. Поднявшись с помощью воинов, он знаками потребовал себе дощечку и на ней написал приказ – отсечь голову святому Исидору. С радостью встретил святой Исидор свой смертный приговор и сказал: «Славлю Тебя, Владыко мой, что Ты по милости Своей принимаешь меня в Свои небесные селения!» Кончина мученика произошла в 251 году. После казни тело его было брошено без погребения, но друг святого, тайный христианин Аммоний, взял его тело и предал земле. Позднее и сам Аммоний принял мученическую кончину в городе Кизике.

В начале ХII века русский паломник игумен Даниил видел мощи святого мученика Исидора на острове Хиосе. Позднее мощи его были перенесены в Константинополь и положены в храме святой Ирины.

(2)

26 мая — Преподобномученик Макарий

Изначально, тело преподобномученика Макария было погребено в монастырском храме г. Канева под жертвенником. В 1688 году при обновлении храма гроб преподобномученика был открыт и в нем обретено нетленное тело святого. В связи с опасностью нападения на Каневскую обитель 13 мая1688 года святые мощи были торжественно перенесены в Переяславскую полковую Воскресенскую церковь.

При епископе Захарии (Корниловиче) в 1713 году мощи были перенесены в новопостроенный храм Михайловского Переяславского монастыря, а после его закрытия почивали с 4 августа 1786 года в Переяславском Вознесенском монастыре.

В 1942 году мощи были перенесены в Троицкую церковь города Черкассы, а в 1965 году — в храм в честь Рождества Пресвятой Богородицы.

В 2003 году, в нововозведённый Свято-Михайловский кафедральный собор были перенесены мощи мученика Макария Каневского.

(2)