Свя­ты­ня Ря­зан­ской зем­ли. Яви­лась в 1483 го­ду в окрест­но­стях Ря­за­ни в пу­стын­ном ме­сте, име­ну­е­мом «Ста­рое», близ се­ла Фе­о­до­тье­во. По­сколь­ку от ико­ны ста­ли со­вер­шать­ся мно­го­чис­лен­ные ис­це­ле­ния, то по по­ве­ле­нию ря­зан­ско­го кня­зя она бы­ла пе­ре­не­се­на в го­род Ря­зань и с по­до­ба­ю­щей че­стью по­став­ле­на в со­бор­ном хра­ме Успе­ния Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы. В 1611 го­ду по рас­по­ря­же­нию ар­хи­епи­ско­па Ря­зан­ско­го Фе­о­до­ри­та с яв­лен­ной ико­ны бы­ла сня­та ко­пия и ото­сла­на в се­ло Фе­о­до­тье­во.

Ле­то­пи­си за­фик­си­ро­ва­ли чу­дес­ные ис­це­ле­ния си­лой Бо­жи­ей Ма­те­ри от мо­ро­вой яз­вы в 1771 го­ду. Фе­о­до­тьев­скую ико­ну но­си­ли как по го­ро­ду, так и по окрест­ным се­ле­ни­ям. Ес­ли её при­но­си­ли в ка­кой-ни­будь дом, в ко­то­рый бо­лезнь ещё не бы­ла за­не­се­на, то в нём мо­ро­вая яз­ва со­вер­шен­но не по­яв­ля­лась во всё даль­ней­шее вре­мя; ес­ли же дом был уже за­ра­жён мо­ро­вой яз­вой, то она немед­лен­но пре­кра­ща­лась.

Дру­гой ра­зи­тель­ный слу­чай чу­дес­но­го ис­це­ле­ния от ико­ны Бо­го­ро­ди­цы от­но­сит­ся к 1812 го­ду. В до­ме од­но­го жи­те­ля Ря­за­ни, от­став­но­го сер­жан­та, ле­жа­ла его боль­ная сво­я­че­ни­ца Ксе­ния. Она силь­но му­чи­лась бо­лез­нью глаз и в про­дол­же­ние 13 недель не мог­ла ни­че­го ви­деть. 19 мар­та 1812 го­да в со­сед­ний дом бы­ла при­не­се­на Фе­о­до­тьев­ская ико­на.

Сест­ра бо­ля­щей Ксе­нии по­шла ту­да, чтобы по­про­сить поз­во­ле­ния при­не­сти ико­ну и в свой дом. В это вре­мя Ксе­ния как буд­то за­дре­ма­ла и уви­де­ла во сне ка­кую-то незна­ко­мую жен­щи­ну, ко­то­рая ска­за­ла ей: «Встань, ибо к те­бе ско­ро при­дет Ве­ли­кая Го­стья, и ты уви­дишь Её». Боль­ная от­ве­ти­ла: «Как же я мо­гу уви­деть Её, ес­ли я ослеп­ла». «По­верь мне, ты Её уви­дишь», — сно­ва под­твер­ди­ла неиз­вест­ная жен­щи­на. Боль­ная по­сле это­го оч­ну­лась и недо­уме­ва­ла, что бы зна­чи­ло это ви­де­ние. Вско­ре при­нес­ли чу­до­твор­ную ико­ну и на­ча­ли слу­жить мо­ле­бен с ака­фи­стом. Во вре­мя чте­ния ака­фи­ста рес­ни­цы у боль­ной ста­ли вздра­ги­вать, а при чте­нии конда­ка «О, Все­пе­тая Ма­ти» гла­за её вне­зап­но рас­кры­лись.

Жи­те­ли Ря­за­ни из­древ­ле чтят Фе­о­до­тьев­скую ико­ну, и пе­ред ней все­гда бы­ва­ет мно­же­ство мо­ля­щих­ся. Её очень ча­сто бра­ли в до­ма и слу­жи­ли мо­леб­ны пе­ред на­ча­лом ка­ко­го-ни­будь се­мей­но­го де­ла, на­при­мер, же­нить­бы. Не раз во вре­мя без­до­ж­дия с ней со­вер­ша­ли крест­ный ход, и без­до­ж­дие пре­кра­ща­лось.

Празд­но­ва­ние этой иконе (2 июля по ста­ро­му сти­лю) уста­нов­ле­но в 1618 го­ду, в па­мять из­бав­ле­ния Ря­за­ни от на­ше­ствия раз­бой­ни­чьих от­ря­дов за­по­рож­ских ка­за­ков.

По­сле за­кры­тия Успен­ско­го со­бо­ра в 30-х го­дах ХХ сто­ле­тия сле­ды пер­во­об­ра­за за­те­ря­лись. Воз­мож­но, ико­на на­хо­дит­ся в му­зей­ных за­пас­ни­ках. Но до на­ших дней до­шли её спис­ки (ко­пии), так­же про­слав­лен­ные чу­де­са­ми. Один из них на­хо­дит­ся в се­ле Фе­до­тье­во Спас­ско­го рай­о­на Ря­зан­ской об­ла­сти, дру­гой — в Ря­зан­ском ка­фед­раль­ном Бо­ри­со­глеб­ском со­бо­ре.

(72)

На жи­во­пис­ном бе­ре­гу ре­ки Неман у се­ла По­жай­це на­хо­дил­ся По­жай­ский Успен­ский муж­ской мо­на­стырь, ос­но­ван­ный в XVII ве­ке, дра­го­цен­ной свя­ты­ней ко­то­ро­го бы­ла чу­до­твор­ная ико­на Бо­жи­ей Ма­те­ри, име­ну­е­мая По­жай­ской. Она весь­ма древ­не­го про­ис­хож­де­ния и бы­ла при­сла­на из Ри­ма па­пой Алек­сан­дром VII в знак осо­бой бла­го­склон­но­сти ос­но­ва­те­лю По­жай­ско­го мо­на­сты­ря Хри­сто­фо­ру Си­гиз­мун­ду Па­цу, канц­ле­ру Ве­ли­ко­го кня­же­ства Ли­тов­ско­го в 1661 г. По­ме­щен свя­той об­раз был за ле­вым кли­ро­сом со­бор­но­го Успен­ско­го хра­ма, вы­стро­ен­но­го в 1662–1674 гг., в оваль­ной зо­ло­че­ной ра­ме.

Ико­на бы­ла на­пи­са­на на хол­сте оваль­ной фор­мы неиз­вест­ным ху­дож­ни­ком; неко­то­рые по­ла­га­ют, что об­раз мог­ли на­пи­сать два ма­сте­ра: один – Бо­жию Ма­терь с Мла­ден­цем, дру­гой – ве­нок из кра­соч­ных и пыш­ных цве­тов. На Ли­ке Пре­свя­той Де­вы – вы­ра­же­ние ми­ло­сер­дия и люб­ви к страж­ду­щим и скор­бя­щим, с ве­рой при­бе­га­ю­щим к Ее бла­го­дат­ной по­мо­щи и за­ступ­ни­че­ству.

В 1830 го­ду мо­на­стырь вме­сте с на­хо­дя­щей­ся там По­жай­ской ико­ной пе­ре­шел к пра­во­слав­ным и пре­бы­вал в юрис­дик­ции Пра­во­слав­ной Церк­ви до 1914 го­да. Здесь был ос­но­ван По­жай­ский Успен­ский муж­ской мо­на­стырь, храм в ко­то­ром в 1839 го­ду был пе­ре­стро­ен, а в 1840-м – освя­щен. В 1898 го­ду для свя­той ико­ны был со­ору­жен из по­зо­ло­чен­но­го се­реб­ра оклад, а по­вре­жден­ный вре­ме­нем об­раз от­ре­ста­ври­ро­ван.

В 1893 го­ду го­ро­ду Ков­но, неда­ле­ко от ко­то­ро­го на­хо­дит­ся мо­на­стырь, угро­жа­ла хо­ле­ра. Ис­пу­ган­ные лю­ди бе­жа­ли в лес, а остав­ши­е­ся мо­ли­лись Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­це – Небес­ной По­кро­ви­тель­ни­це. Ма­терь Бо­жия не оста­ви­ла страж­ду­щих и на­де­ю­щих­ся на Ее все­силь­ное за­ступ­ни­че­ство – страш­ная бо­лезнь от­сту­пи­ла. В па­мять об этих днях был на­пи­сан спи­сок чу­до­твор­ной ико­ны По­жай­ской. Этот спи­сок хра­нит­ся в ка­у­нас­ском Бла­го­ве­щен­ском со­бо­ре. Па­мят­ная над­пись вни­зу ико­ны гла­сит: «Об­раз сей со­ору­жен при­ход­ским по­пе­чи­тель­ством в па­мять из­бав­ле­ния при­хо­да от хо­ле­ры в 1893 г.».

Во все вре­ме­на, и да­же ко­гда об­раз Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы на­хо­дил­ся у пра­во­слав­ных, ка­то­ли­ки непре­стан­но по­се­ща­ли мо­на­стырь и мо­ли­лись пе­ред чу­до­твор­ной ико­ной.

Во вре­мя Пер­вой ми­ро­вой вой­ны 1914 го­да ико­на бы­ла эва­ку­и­ро­ва­на вглубь Рос­сии. Од­на­ко ли­тов­цы не за­бы­ли о сво­ей свя­тыне, и по их мо­лит­вам в 1928 го­ду вла­сти вер­ну­ли из Моск­вы чу­до­твор­ный об­раз.

Ныне По­жай­ская ико­на Бо­жи­ей Ма­те­ри на­хо­дит­ся на сво­ем ис­то­ри­че­ском ме­сте – в По­жай­ском мо­на­сты­ре.

(120)

Святитель Фотий, митрополит Киевский и всея Руси, был родом грек из пелопоннесского города Монемвасии (Мальвазии). Еще в отроческие годы он поступил в монастырь и был пострижеником старца Акакия, великого подвижника (впоследствии митрополита Монемвасийского). В 1408 году, когда Фотий находился в Константинополе у Патриарха с поручением от митрополита, встал вопрос о замещении русской кафедры после кончины святителя Киприана († 1406; память 16 сентября). Выбор Патриарха Матфея (1397–1410) пал на Фотия, известного своей ученостью и святостью жизни. 1 сентября 1408 года святитель Фотий поставлен в митрополита и через год прибыл на Русь.

Полгода он провел в Киеве (сентябрь 1409-февраль 1410), занимаясь устроением дел южных епархий Русской Церкви, входивших тогда в состав княжества Литовского, а точнее, как его называли, Литовского и Русского. Святитель видел, что престол митрополита – духовное средоточие церковной жизни Руси – не может находиться в Киевской земле, все более подпадавшей в зависимость от католической Польши. По примеру прежних русских митрополитов, перенесших свое местопребывание сначала во Владимир, а затем в Москву, митрополит Фотий в день Святой Пасхи 1410 года прибыл в Москву.

22 года подвизался Святитель в многотрудном служении Предстоятеля Русской Церкви. В тяжелых условиях войн, междоусобных браней, грабительских набегов татар он сумел высоко поднять духовное значение, материальную обеспеченность и благолепие храмов Московской кафедры. Благосостояние Церкви позволяло святителю Фотию оказывать большую помощь оскудевшему Константинопольскому Патриархату, укреплять международное значение Русской Православной Церкви и Русского государства. Враги Православия не раз пытались воспрепятствовать церковно-патриотическому служению Фотия. Весной 1410 года, когда святой Фотий прибыл из Москвы во Владимир, хан Едыгей, разоривший за два года до того Русскую землю, предпринял новый поход с целью захвата в плен самого митрополита. Татарские отряды во главе с царевичем Талычой «изгоном», то есть внезапно и быстро, взяли Владимир. Но Бог сохранил праведника: накануне, не подозревая об опасности, святитель выехал в загородный Святоозерский монастырь. Когда татары устремились в погоню, он укрылся в небольшом селении, окруженном непроходимыми болотами, на реке Сеньге. Не сумев захватить митрополита, озлобленные татары предали разграблению Владимир и особенно Успенский кафедральный собор. Ключарь собора Патрикей претерпел страшные пытки и принял мученическую кончину от грабителей-татар, но не открыл место, где спрятал церковные святыни и сокровища.

Стараниями святого митрополита Фотия было восстановлено молитвенно-каноническое единство Русской Церкви: отдельная Литовская митрополия, учрежденная по настояниям князя Витовта для южных и западных русских православных епархий, в 1420 году была упразднена. Святитель в том же году посетил возвращенные епархии и приветствовал паству обширным учительным посланием. Мудрый и высокообразованный пастырь оставил много поучений и посланий. Большое Богословское значение имели его обличения на возникшую в Пскове еще до его правления ересь стригольников. Усилиями мудрого святителя ересь прекратилась (в 1427 году).

Важными церковно-историческими источниками являются составленный святым Фотием «Чин избрания и поставления епископов» (1423), «Поучение о важности священного сана и обязанностях священнослужителей», а также «Духовное завещание», в котором повествуется о его жизни. Великим делом святителя было также составление под его руководством Общерусского летописного свода (около 1423 года).

20 апреля 1430 года святой архипастырь был извещен Ангелом о предстоящей кончине и мирно почил о Господе в указанный ему срок, в праздник Положения Ризы Богородицы, 2 июля 1431 года. Мощи его были обретены в 1471 году. В Оружейной палате Московского Кремля хранятся два саккоса святого митрополита Фотия.

(109)

В годы правления византийского императора Льва Великого, Македонянина (457–474), братья Гальбий и Кандид, приближенные царя, отправились из Константинополя в Палестину на поклонение святым местам. В небольшом селении вблизи Назарета они остановились на ночлег у одной престарелой еврейки. В ее доме внимание паломников привлекли зажженные свечи и курящийся фимиам. На вопрос, что за святыня находится в доме, благочестивая женщина долго не хотела отвечать, но после неотступных просьб поведала, что хранит дорогую святыню – Ризу Богородицы, от которой происходят многие чудеса и исцеления. Пресвятая Дева пред Успением подарила одну из Своих одежд благочестивой девице-еврейке из этого рода, завещав ей передать ее перед смертью также девице. Так, от поколения к поколению, Риза Богоматери сохранялась в этой семье.

Драгоценный ковчег, содержавший священную Ризу, был перевезен в Константинополь. Святой Геннадий, Патриарх Цареградский († 471; память 31 августа), и император Лев, узнав о священной находке, убедились в нетленности святой Ризы Богородицы и с трепетом приложились к ней. Во Влахерне, близ берега моря, был воздвигнут новый храм в честь Богоматери. 2 июля 458 года святитель Геннадий с подобающим торжеством перенес священную Ризу во Влахернский храм, вложив ее в новый ковчег.

Впоследствии в ковчег с Ризой Богородицы положены были Ее святой омофор и часть Ее пояса. Это обстоятельство и запечатлено в православной иконографии праздника, объединяющей два события: положение Ризы и положение пояса Богоматери во Влахерне. Русский паломник Стефан Новгородец, посетивший Царьград около 1350 года, свидетельствует: «идохом во Влахерну, идеже лежит Риза в алтаре на престоле в ковчеге запечатана».

Не раз при нашествиях врагов Пресвятая Богородица спасала город, которому даровала Свою священную Ризу. Так было во время осады Константинополя аварами в 626, персами – в 677, арабами – в 717 годах. Особенно знаменательны для нас события 860 года, тесно связанные с историей Русской Церкви.

18 июня 860 года русский флот князя Аскольда, в составе более 200 ладей, опустошив берега Черноморья и Босфора, вошел в бухту Золотой Рог и угрожал Константинополю. В виду города плыли русские корабли, высадившиеся воины «проходили пред градом, простирая свои мечи». Император Михаил III (842–867), остановив начатый поход на арабов, вернулся в столицу; всю ночь он молился, простершись ниц на каменных плитах храма Влахернской Божией Матери. Святой Патриарх Фотий обратился к пастве с проповедью, призывая слезами покаяния омыть грехи и в усердной молитве прибегнуть к заступничеству Пресвятой Богородицы.

Опасность возрастала с каждым часом. «Город едва не был поднят на копье», – говорит в другой своей проповеди Патриарх Фотий. В этих условиях было принято решение спасать церковные святыни, и прежде всего – святую Ризу Богородицы, которая хранилась во Влахернском храме, недалеко от берега залива. После всенародного молебна святую Ризу Богоматери, взятую из Влахернского храма, с крестным ходом обнесли вокруг городских стен, погрузили с молитвой край ее в воды Босфора, а затем перенесли в центр Царьграда – храм Святой Софии. Божия Матерь Своей благодатью покрыла и усмирила воинственность русских воинов. Заключив почетное перемирие, Аскольд снял осаду Константинополя. 25 июня русские войска стали отходить, унося с собой большой выкуп. Неделю спустя, 2 июля, чудотворную Ризу Богоматери торжественно возвратили на ее место, в раку Влахернского храма. В воспоминание этих событий было установлено святым Патриархом Фотием ежегодное празднование Положения Ризы Богоматери 2 июля.

Вскоре, в октябре – ноябре 860 года, русское посольство прибыло в Константинополь для заключения договора «любви и мира». В условия мирного договора входили положения о Крещении Киевской Руси, о выплате Византией русским ежегодной дани, разрешении им вступать в византийскую армию, вести торговлю на территории империи (прежде всего, в Константинополе), посылать в Византию дипломатические миссии.

Важнейшим был пункт о Крещении Руси. Продолжатель византийской «Хроники Феофана» говорит, что «посольство их прибыло в Царьград с просьбой сделать их участниками в святом Крещении, что и было исполнено». Во исполнение обоюдного желания русских и греков в Киев направлена была православная миссия. Незадолго до того (в 855 г.) святым равноапостольным Кириллом Философом († 869; память 14 февраля и 11 мая) изобретена была славянская азбука и переведено Евангелие. Естественно было направить с миссией в Киев именно святого Кирилла и его брата, святого равноапостольного Мефодия († 885; память 6 апреля и 11 мая), с переведенными славянскими книгами. Так и поступил святитель Фотий, учеником которого был святой Кирилл. Зиму 860/861 года братья провели в Херсоне, весной 861 они были на Днепре, у князя Аскольда.

Перед Аскольдом, как впоследствии перед святым князем Владимиром, стоял нелегкий выбор, его прельщали то иудейской, то магометанской верой. Но под благодатным влиянием святого равноапостольного Кирилла князь сделал выбор в пользу Православия. В конце 861 года Кирилл и Мефодий вернулись в Константинополь и привезли с собой послание князя (или, как называли себя в IX-XI вв. киевские князья, «кагана») Аскольда императору Михаилу III. Аскольд благодарил императора за присылку «такого мужа, который показал словом и примером, что христианская вера – святая». «Убедившись, – писал далее Аскольд, – что это – истинная вера, повелели мы всем креститься по своей воле в надежде и нам достигнуть святости. Мы же все – друзья твоему царству и готовы на службу твою, когда потребуешь».

Аскольд принял святое Крещение с именем Николай, крестились и многие из его дружины. Непосредственно из Царьграда, столицы Православия, трудами святых апостолов славянства пришли на Русь славянское Богослужение и славянская письменность. В Киев был назначен святителем Фотием митрополит Михаил, и русская митрополия была внесена в нотиции – списки епархий Константинопольского Патриархата. Святой Патриарх Фотий в Окружном послании 867 года среди главных достижений своего первосвятительского служения называет Крещение болгар и русских. «Руссы, которые подняли руку против Римской державы, – писал он, почти дословно цитируя послание Аскольда, – в настоящее время даже и они променяли нечестивое учение, которое содержали прежде, на чистую и неподдельную веру христианскую, с любовью поставив себя в чине подданных и друзей наших». (Византийцы считали «подданными» всех принимавших Крещение из Царьграда и вступивших в военный союз с империей.) «И до такой степени разгорелись в них желание и ревность веры, что они приняли епископа и пастыря, и лобызают святыни христиан с великим усердием и ревностью».

Праздник Положения Ризы Пресвятой Богородицы во Влахерне является, таким образом, одновременно праздником канонического основания Русской Православной митрополии в Киеве. Благословением Божией матери и чудом от Ее святой Ризы совершилось не только спасение Царьграда от самой грозной осады за всю его историю, но и спасение русских из тьмы языческого суеверия к вечной жизни. Вместе с тем, 860 год принес признание Киевской Руси Византией, ознаменовал равноправный выход молодого Русского государства на арену истории.

Попытка князя Аскольда возродить на Днепре христианское благовестие святого апостола Андрея Первозванного, задуманная им религиозная и государственная реформа окончилась неудачно. Время утверждения христианства на Русской Земле еще не настало. Слишком сильны были сторонники языческой старины, слишком слаба княжеская власть. При столкновении Аскольда с язычником Олегом в 882 году киевляне предали своего князя. Аскольд принял мученическую кончину от руки наемных убийц, обманом завлеченный в стан врагов для переговоров.

Но дело блаженного Аскольда (так называет его Иоакимовская летопись) не погибло в Русской Церкви. Вещий Олег, который, убив Аскольда, занял после него киевское княжение, называл Киев «матерью градам русским» – это дословный перевод греческого выражения «митрополия Русская». Благодарную память о первом киевском князе-христианине хранили древнейшие храмы православного Киева: церковь пророка Божия Илии, построенная Аскольдом и позже упомянутая в Договоре Игоря с греками (944 г.), на месте которой и сейчас стоит храм того же имени, и церковь святителя Николая Чудотворца, воздвигнутая в 50-х годах Х столетия над могилой Аскольда святой равноапостольной Ольгой. Важнейшее завоевание Аскольда, навсегда вошедшее в церковное наследие не только Руси, но и всего православного славянства, – славянское Евангелие и славянское Богослужение, созданные трудами святых равноапостольных Кирилла и Мефодия. В Киеве при дворе Аскольда положено было в 861 году начало их апостольской деятельности среди славян, продолжившейся позже в Болгарии и Моравии. Вслед за блаженным Аскольдом, говоря словами древней «Азбучной молитвы», «летит ныне славянское племя – к Крещению устремились все».

С чудом от Ризы Пресвятой Богородицы во Влахерне связано несколько выдающихся творений византийской церковной гимнографии и гомилетики. Святителю Фотию принадлежат две проповеди, одна из которых была сказана им непосредственно в дни осады Константинополя, другая – вскоре после ухода русских войск. (Они дважды были изданы на русском языке: 1) Епископ Порфирий Успенский. Четыре беседы Фотия, святейшего архиепископа Константинопольского, и рассуждение о них. СПб., 1864; 2) Е. Л. (Ловягин Е. И.). Две беседы Святейшего Патриарха Константинопольского Фотия по случаю нашествия россов на Константинополь. – «Христианское чтение», 1882, № 9–10). Известным церковным писателем Георгием, хартофилаксом собора Святой Софии – Премудрости Божией в Константинополе, было составлено, по поручению Патриарха Фотия, «Слово на положение Ризы Богородицы во Влахернах» (Русский перевод его издан в приложении к работе: Лопарев Х. М. Старое свидетельство о положении Ризы Богородицы во Влахернах в новом истолковании применительно к нашествию русских на Византию в 860 году. – «Византийский Временник», том. II, СПб., 1895). С походом Аскольда на Царьград связано также создание знаменитого «Акафиста Пресвятой Богородице», автором которого некоторые церковные историки называют того же святого Патриарха Фотия. Этот Акафист составляет основную часть Богослужения в день Похвалы Пресвятой Богородицы. О событиях 860 года повествуют не только византийские, но и русские летописные источники. Преподобный Нестор Летописец, подчеркивая значение русского похода на Царьград, отмечает, что с этого времени «начала прозываться Русская Земля». Некоторые летописи, среди них Иоакимовская и Никоновская, сохранили известия о Крещении князя Аскольда и Киевской Руси после похода на Царьград. При этом народная память прочно связала имена киевских князей Аскольда и Дира, хотя, по мнению историков, Дир княжил в Киеве несколько раньше Аскольда.

Почитание праздника Ризоположения издревле известно в Русской Церкви. Святой Андрей Боголюбский († 1174; память 4 июля) воздвиг во Владимире на Золотых воротах храм в честь этого праздника. В конце ХIV столетия часть Ризы Богоматери была перенесена из Константинополя на Русь святителем Дионисием, архиепископом Суздальским († 1385; память 26 июня).

Святая Риза Богоматери, хранившая прежде столицу Византии, спасала впоследствии от неприятеля и первопрестольную Москву. Летом 1451 года под стены Москвы подступали татарские полчища царевича Мазовши. Святитель Иона, митрополит Московский, непрестанными молитвами и церковными службами укреплял защитников столицы. В ночь на 2 июля, сообщает летопись, в татарском стане случилось великое смятение, враги бросили награбленное добро и в беспорядке поспешно отступили. В память чудесного избавления Москвы святой митрополит Иона в том же году воздвиг в Кремле церковь Ризоположения, ставшую его крестовой (домовой) церковью. Она сгорела, но на ее месте тридцать лет спустя была построена в 1484–1486 гг. новая, также посвященная празднику Положения Ризы Богоматери. Этот храм, стоящий доныне, продолжал служить домовым храмом русских митрополитов и Патриархов до того времени, как был возведен при патриархе Никоне собор Двенадцати Апостолов.

(64)

Святой Ювеналий был другом и собеседником преподобного Евфимия Великого. Во время первосвятительства святого патриарха Ювеналия Восточная Церковь была волнуема опасными лжеучениями, против которых он восставал с пастырской ревностью, сберегая Христово стадо. В 4З1 году в городе Ефесе был созван III Вселенский Собор, осудивший ересь Нестория, восставшего против православного исповедания Божественной природы Иисуса Христа. На Соборе председательствовал святитель Кирилл, патриарх Александрийский († 444; память 22 июня), и в числе его единомышленников был святой патриарх Ювеналий. В 451 году в городе Халкидоне собрался IV Вселенский Собор для обличения новой ереси – евтихианской (монофизитской), учившей, что человеческая природа во Христе была полностью поглощена Божественной. Святые отцы, среди которых был святитель Ювеналий, осудив ересь Евтихия, утвердили православное исповедание о соединении в Господе Иисусе Христе обоих естеств – Божеского и человеческого – нераздельно и неслиянно.

Однако еретики продолжали смущать умы христиан. Во главе лжеучителей стоял Феодосий, который, склонив на свою сторону проживавшую в Иерусалиме вдову императора Феодосия Младшего († 450) Евдокию, требовал, чтобы патриарх Ювеналий высказал порицание постановлению Халкидонского Собора, то есть отказался от православного догмата о двух естествах во Христе. Святейший Ювеналий не согласился на предательство Истины, но мужественно исповедал Халкидонский догмат перед еретиками. Феодосий и его сторонники низложили святого Ювеналия с патриаршего престола. Святитель удалился в оплот православия – Константинополь, к святому патриарху Анатолию (449–458; память 16 июля) и императору Маркиану. Еретик Феодосий при поддержке императрицы Евдокии занял патриарший престол в Палестине, но лишь на 20 месяцев. Император Маркиан, уважавший святого Ювеналия, добился восстановления его в патриаршем достоинстве, и Патриарх-исповедник возвратился в Иерусалим.

Много трудов приложил святой для восстановления церковного мира. По вразумлению преподобного Симеона Столпника императрица Евдокия покаялась пред святителем и вернулась в церковное общение с православными. Вслед за ней возвратилась и большая часть совращенной еретиками иерусалимской паствы. Устранив мятежные ереси и установив церковное единомыслие и благолепие, патриарх Ювеналий мирно скончался среди верной паствы, потрудившись в святительском сане 38 лет.

Тропарь святителю Иувеналию, патриарху Иерусалимскому
глас 4

Бра́та Бо́жия на престо́ле архиере́йства прее́мниче,/ свята́го гра́да Иерусали́ма иера́рше достохва́льне,/ с богому́дрыми отцы́ в Халкидо́не изъясни́л еси́ воплоще́ние Сы́на Бо́жия,/ прише́дшаго мир обнови́ти и обожи́ти вся челове́ки,/ в Це́ркви Его́ с Ним сочета́вшияся,/ святи́телю о́тче Иувена́лие,/ предстоя́ ны́не во Ца́рствии Отца́ све́тов,/ о почита́ющих тя любо́вию моли́ся,// да мир и ми́лость Спа́сова бу́дет с на́ми.

Перевод: Брата Господня на престоле архиерейском преемник, святого города Иерусалим иерарх достойный славы, вместе с Богомудрыми отцами в Халкидоне ты объяснил воплощение Сына Божия, пришедшего в мир обновить и обо́жить всех людей, в Церкви Его с Ним сочетавшись, святитель отче Иувеналий, предстоя сейчас в Царствии Отца светов (Иак.1:17), молись о почитающих тебя с любовью, да будет с нами мир и милость Спасителя.

(84)

Русские крестьяне называли этот месяц макушкой лета, так как он считался
последним летним месяцем, или еще страдником – от страдных летних работ,
грозником – от сильных гроз; говорили: «Месяц июль страдник (от страды при
жниве). В нем хоть разденься – легче нет. Макушка лета. Бабка бы плясала —  да макушка лета настала».

1 июля / 14 июля

— Кузьминки летние.
Кузьма и Демьян Бабий, Девичий, Куриный праздник

Народное название дня мучеников, бессребреников и
чудотворцев Косьмы и Дамиана.

Обычаи, поверья, приметы и наблюдения

В этот день, по народному поверью, приходят на сенокосные
луга на помощь мужику Кузьма и Демьян. Они чинят косы и грабли. Кузьма и Демьян
— «мастера великие и знатные пособники крестьянскому хозяйству». Помощь они
оказывают безвозмездно, поэтому их зовут бессребрениками. В этот день
примечали: «Роса косы точит. До солнца обойдешь три покоса – не находишься
босо». На Кузьму-Демьяна работы в огороде сочетались с сенокосом: «Торопились
Кузьма и Демьян к лугам». Мужчины выходили на покос, а женщины пололи гряды,
собирали красильные травы и отмечали свой праздник – летние кузьминки.

Бабы в этот день
вскладчину варили кашу— ссыпчину: кто крупу принесет, кто соль, кто масла, кто
молока. Сообща из общих продуктов варили общую кашу— всей деревней вместе и
обедали. Кузьму-Демьяна приглашали за общий стол, угощали кашей нищих и
странников убогих.

(283)

Преподобный Петр родился в конце VIII столетия в Константинополе в семье патриция. В царствование византийского императора Никифора (802–811) Петр был назначен военачальником и участвовал в походах греческих войск против Болгарии. В одной из битв греки потерпели поражение. Император был смертельно ранен, а Петр среди многих других воинов попал в плен.

Однажды ночью, во время усердной молитвы, ему явился в видении святой евангелист Иоанн Богослов и освободил из плена. Вернувшись в Константинополь, святой Петр оставил мир, удалился в монастырь на гору Олимп (Малая Азия) и стал иноком. Там он провел в постоянных подвигах 34 года под руководством преподобного Иоанникия Великого (память 4 ноября). Все время своей монашеской жизни преподобный Петр держал строгий пост и постоянное бдение, носил колючую власяницу и ходил без обуви. Последние 8 лет он жил в Константинополе, где создал храм и обитель во имя святого Евандра.

Преподобный Петр скончался на семидесятом году жизни († 854 г.) и был погребен в своем монастыре.

(34)

Свя­ти­тель Ар­се­ний, епи­скоп Твер­ской, ро­дил­ся в Тве­ри, в мо­ло­дых ле­тах при­нял по­стриг в Ки­е­во-Пе­чер­ском мо­на­сты­ре. Да­же сре­ди ино­ков древ­не­го мо­на­сты­ря, от­ли­чав­ших­ся бла­го­че­сти­ем, Ар­се­ний вы­де­лял­ся свя­той жиз­нью – стро­гим хра­не­ни­ем мо­на­ше­ских обе­тов, зна­ни­ем Цер­ков­но­го уста­ва, на­чи­тан­но­стью в Свя­щен­ном Пи­са­нии и тру­до­лю­би­ем. При мит­ро­по­ли­те Ки­ев­ском Ки­при­ане (1380–1382) он слу­жил ар­хи­ди­а­ко­ном, во вре­мя от­сут­ствия мит­ро­по­ли­та управ­лял де­ла­ми Ки­ев­ской мит­ро­по­лии. 3 июля 1390 го­да он вме­сте с мит­ро­по­ли­том Ки­при­а­ном при­был в Тверь, где по прось­бе Твер­ско­го кня­зя Ми­ха­и­ла Алек­сан­дро­ви­ча со­сто­ял­ся Со­бор рус­ских и гре­че­ских иерар­хов для су­да над Твер­ским епи­ско­пом Ев­фи­ми­ем. Князь и епи­скоп бы­ли в мно­го­лет­ней ссо­ре, мно­гие тве­ри­чи пред­став­ля­ли на епи­ско­па тяж­кие об­ви­не­ния. По­сле без­успеш­ных по­пы­ток во­дво­рить в Тве­ри цер­ков­ный мир, мит­ро­по­лит Ки­при­ан «от­ста­вил от епи­скоп­ства» Ев­фи­мия и от­пра­вил его в Моск­ву, в Чу­дов мо­на­стырь. На Твер­скую ка­фед­ру был на­зна­чен свя­той Ар­се­ний. Но тот «бо­я­ся вла­ды­че­ства при­я­ти во Тве­ри, ви­де бо там враж­ду и брань мно­гу, и сму­ти­ся и ужа­се­ся». По воз­вра­ще­нии мит­ро­по­ли­та Ки­при­а­на и ар­хи­ди­а­ко­на Ар­се­ния в Моск­ву Твер­ской князь при­слал сво­их бо­яр с че­ло­бит­ной к мит­ро­по­ли­ту о по­свя­ще­нии на Твер­скую ка­фед­ру Ар­се­ния. Ар­се­ний и на этот раз не со­гла­шал­ся. По сло­вам ле­то­пис­ца, в 1390 го­ду «ед­ва умо­ли­ша ар­хи­ди­а­ко­на Ар­се­ния мит­ро­по­ли­та бы­ти во Тве­ри». Под угро­зой со­бор­но­го за­пре­ще­ния мит­ро­по­лит и князь на­ко­нец по­лу­чи­ли его со­гла­сие на хи­ро­то­нию, ко­то­рая со­сто­я­лась 15 ав­гу­ста 1390 го­да. Сре­ди епи­ско­пов, участ­во­вав­ших в ру­ко­по­ло­же­нии его, был свя­ти­тель Сте­фан, епи­скоп Перм­ский (па­мять 26 ап­ре­ля).

Всту­пив на ка­фед­ру, епи­скоп Ар­се­ний, как ве­ли­кий мо­лит­вен­ник и ми­ро­тво­рец, смог пре­кра­тить мно­гие раз­до­ры в Твер­ском кня­же­стве. В его епи­скоп­ство, с 1390 по 1409 год, бы­ли по­стро­е­ны и освя­ще­ны со­бо­ры в честь Ар­хан­ге­ла Ми­ха­и­ла в Ста­ри­це и Ми­ку­лине, об­нов­лен Спа­со-Пре­об­ра­жен­ский ка­фед­раль­ный со­бор, за­ло­же­на со­бор­ная ко­ло­коль­ня. Свя­ти­тель ос­но­вал на ре­ке Тьма­ке, близ Тве­ри, Жел­ти­ков мо­на­стырь, где по по­до­бию Ки­е­во-Пе­чер­ско­го мо­на­сты­ря бы­ла по­стро­е­на цер­ковь во имя пре­по­доб­ных Ан­то­ния и Фе­о­до­сия Пе­чер­ских (1394) и ка­мен­ный Успен­ский со­бор (1406).

Же­лая, чтобы ино­ки но­вой оби­те­ли все­гда на­зи­да­лись по­дви­га­ми Пе­чер­ских от­цов, свя­ти­тель Ар­се­ний по­ве­лел в 1406 го­ду сде­лать с Ки­е­во-Пе­чер­ско­го Па­те­ри­ка спи­сок, пред­став­ля­ю­щий са­мую древ­нюю из до­шед­ших до на­ше­го вре­ме­ни ре­дак­цию это­го дра­го­цен­но­го па­мят­ни­ка рус­ской пись­мен­но­сти, по­лу­чив­шую на­зва­ние Ар­се­ньев­ской.

По­чил свя­ти­тель в 1409 го­ду, 2 мар­та, и был по­гре­бен в со­здан­ном им Жел­ти­ко­вом мо­на­сты­ре Успе­ния Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы. В 1483 го­ду мо­щи его бы­ли об­ре­те­ны нетлен­ны­ми и по­став­ле­ны в мо­на­стыр­ском со­бо­ре. В том же го­ду иеро­мо­на­хом Фе­о­до­си­ем на­пи­са­но жи­тие и ка­нон свя­ти­те­лю. На Со­бо­ре 1547 го­да со­сто­я­лось об­ще­цер­ков­ное про­слав­ле­ние свя­ти­те­ля Ар­се­ния.

ПОЛНОЕ ЖИТИЕ СВЯТИТЕЛЯ АРСЕНИЯ, ЕПИСКОПА ТВЕРСКОГО
Свя­ти­тель Ар­се­ний, епи­скоп Твер­ской, по сви­де­тель­ству цер­ков­но­го пре­да­ния, ро­дил­ся в г. Тве­ри. Год его рож­де­ния и име­на ро­ди­те­лей неиз­вест­ны. Вос­пи­тан он был в бла­го­че­стии и стра­хе Бо­жи­ем. Ра­но по­те­ряв ро­ди­те­лей и остав­шись на­след­ни­ком бо­га­то­го име­ния, он об­ра­тил дом свой в при­ют для стран­ных и бед­ных, чем на­влек на се­бя по­но­ше­ние срод­ни­ков. От­ча­яв­шись одо­леть «враж­ду и брань мно­гу», юно­ша ре­шил рас­стать­ся с ми­ром и мо­лил Гос­по­да ука­зать путь. Услы­шав во сне го­лос, звав­ший его в Ки­ев, тай­но оста­вил юно­ша го­род Тверь и от­пра­вил­ся в Ки­е­во-Пе­чер­скую оби­тель, где и при­нял по­стри­же­ние. Доб­ро­де­тель­ный и тру­до­лю­би­вый инок, ко­то­рый «от юно­сти бла­го­нра­ви­ем Хри­сту усво­ися», све­ду­щий в цер­ков­ном уста­ве, об­ра­тил на се­бя вни­ма­ние про­жи­вав­ше­го то­гда в Ки­е­ве мит­ро­по­ли­та Ки­при­а­на, бу­ду­ще­го свя­ти­те­ля Мос­ков­ско­го († 1406; па­мять 16 сен­тяб­ря). Свя­ти­тель Ки­при­ан по­лю­бил ино­ка Ар­се­ния и при­бли­зил к се­бе, по­свя­тив в сан иеро­ди­а­ко­на. Ко­гда свя­ти­тель Ки­при­ан за­нял пре­стол Мос­ков­ской мит­ро­по­лии, он взял с со­бой в Моск­ву и свя­то­го Ар­се­ния. Свя­той Ар­се­ний был у вла­ды­ки ар­хи­ди­а­ко­ном, ему бы­ло так­же по­ру­че­но пись­мо­вод­ство, он за­ни­мал­ся все­ми де­ла­ми, от­но­сив­ши­ми­ся к внут­рен­не­му устро­е­нию мит­ро­по­лии.

В то вре­мя в Тве­ри воз­ник­ли силь­ные раз­но­гла­сия меж­ду Твер­ским кня­зем Ми­ха­и­лом Алек­сан­дро­ви­чем и окле­ве­тан­ным епи­ско­пом Твер­ским Ев­фи­ми­ем. Епи­скоп Ев­фи­мий был неспра­вед­ли­во ли­шен ка­фед­ры и со­слан в Чу­дов мо­на­стырь в Москве, где вско­ре скон­чал­ся († 1392).

Нa ме­сто епи­ско­па Ев­фи­мия мит­ро­по­лит Ки­при­ан на­зна­чил сво­е­го ар­хи­ди­а­ко­на (в Ни­ко­нов­ской ле­то­пи­си про­то­ди­а­ко­на) Ар­се­ния, «му­жа див­на и на­ро­чи­та и доб­ро­де­тель­на су­ща». Свя­той Ар­се­ний дол­го не со­гла­шал­ся, но не мог про­ти­вить­ся во­ле ве­ли­ко­го кня­зя Ми­ха­и­ла Алек­сан­дро­ви­ча. Сре­ди епи­ско­пов, участ­во­вав­ших в хи­ро­то­нии свя­то­го Ар­се­ния 15 ав­гу­ста 1391 го­да в Спа­со-Пре­об­ра­жен­ском ка­фед­раль­ном со­бо­ре в г. Тве­ри, был свя­ти­тель Сте­фан, епи­скоп Перм­ский (па­мять 26 ап­ре­ля).

Всту­пив на ар­хи­пас­тыр­скую ка­фед­ру, свя­ти­тель Ар­се­ний стре­мил­ся по­ло­жить ко­нец кня­же­ским рас­прям, во­дво­рить в род­ной Тве­ри мир и со­гла­сие. В 1403 го­ду ему уда­лось при­ми­рить Твер­ско­го кня­зя Иоан­на Ми­хай­ло­ви­ча с бра­том его Ка­шин­ским кня­зем Ва­си­ли­ем Ми­хай­ло­ви­чем. Свя­ти­тель Ар­се­ний рев­ност­но про­по­ве­до­вал Сло­во Бо­жие и во всем яв­лял при­мер до­стой­но­го ар­хи­пас­ты­ря.

Чув­ствуя при­бли­же­ние сво­ей кон­чи­ны, Твер­ской князь Ми­ха­ил Алек­сан­дро­вич († 1399) при­шел к свя­ти­те­лю Ар­се­нию с прось­бой по­стричь его в мо­на­хи. Свя­ти­тель Ар­се­ний, бла­го­да­ря Гос­по­да, об­лек кня­зя в ино­че­ский об­раз и на­рек ему имя Мат­фей. В те­че­ние мно­гих лет епи­скоп­ско­го слу­же­ния свя­ти­тель Ар­се­ний по­стро­ил и освя­тил со­бо­ры в честь Ар­хан­ге­ла Ми­ха­и­ла в Ста­ри­це и Ми­ку­лине, в честь свя­ти­те­ля Ни­ко­лая в Ста­ри­це, об­но­вил ка­мен­ный Спа­со-Пре­об­ра­жен­ский ка­фед­раль­ный со­бор в Тве­ри и за­ло­жил но­вую со­бор­ную ко­ло­коль­ню. В 20-ти вер­стах от Тве­ри в 1397 го­ду на ре­ке Тме им был со­здан Сав­вин Сре­тен­ский мо­на­стырь, пер­вы­ми ино­ка­ми ко­то­ро­го ста­ли пре­по­доб­ные Сав­ва и Вар­со­но­фий (па­мять 2 мар­та), при­няв­шие по­стриг на Свя­той Афон­ской Го­ре.

Не за­был свя­ти­тель Ар­се­ний и оби­те­ли Ки­е­во-Пе­чер­ской, где на­чи­нал свои ино­че­ские тру­ды. На бе­ре­гу ре­ки Тьма­ки, в 4-х вер­стах от Тве­ри, на уро­чи­ще Жел­ти­ко­ве, в 1394 го­ду ос­но­вал он мо­на­стырь, где по­стро­е­на бы­ла то­гда же де­ре­вян­ная цер­ковь во имя пре­по­доб­ных Ан­то­ния и Фе­о­до­сия Пе­чер­ских. 30 ав­гу­ста 1405 го­да в Жел­ти­ко­ве мо­на­сты­ре свя­ти­тель Ар­се­ний освя­тил ка­мен­ный храм в Честь Успе­ния Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы.

К окон­ча­нию стро­и­тель­ства Жел­ти­ко­ва мо­на­сты­ря по по­ве­ле­нию свя­ти­те­ля Ар­се­ния в 1406 го­ду был сде­лан спи­сок с Ки­е­во-Пе­чер­ско­го Па­те­ри­ка, са­мая древ­няя из до­шед­ших до на­ше­го вре­ме­ни ре­дак­ций дра­го­цен­но­го па­мят­ни­ка рус­ской пись­мен­но­сти (пер­во­го сбор­ни­ка жи­тий рус­ских свя­тых), по­лу­чив­шая в на­у­ке на­зва­ние Ар­се­ньев­ской. Из книг, пе­ре­пи­сы­вав­ших­ся по по­ве­ле­нию свя­ти­те­ля Ар­се­ния, со­хра­ни­лись до на­ше­го вре­ме­ни две ру­ко­пис­ных «Ле­стви­цы» пре­по­доб­но­го Иоан­на Ле­ствич­ни­ка (1402 и 1404 го­дов). Кон­чи­на свя­ти­те­ля Ар­се­ния по­сле­до­ва­ла Ве­ли­ким по­стом 1409 го­да. К так на­зы­ва­е­мо­му «со­бор­но­му» вос­кре­се­нью (вос­кре­се­нье по­сле пер­вой сед­ми­цы Ве­ли­ко­го по­ста, Неде­ля пра­во­сла­вия; в этот день к епи­ско­пу съез­жа­лись свя­щен­ни­ки и со­став­ля­ли епар­хи­аль­ный со­бор) по обык­но­ве­нию съе­ха­лось в Тверь ду­хо­вен­ство. Во втор­ник свя­ти­тель Ар­се­ний про­из­нес по­уче­ние к пас­ты­рям, бла­го­сло­вил их и рас­пу­стил со­бор. Скон­чал­ся свя­ти­тель 2 мар­та.

Свя­ти­тель Ар­се­ний был по­гре­бен в Жел­ти­ко­вом мо­на­сты­ре, в при­тво­ре пра­во­го при­де­ла во имя об­ра­за Неру­ко­твор­но­го Спа­са Успен­ской церк­ви, в той са­мой гроб­ни­це, ко­то­рую из­го­то­вил сво­и­ми ру­ка­ми. По сви­де­тель­ству ле­то­пи­си, у гро­ба его со­вер­ша­лось мно­го ис­це­ле­ний с ве­рою при­хо­дя­щих.

В «Ико­но­пис­ном под­лин­ни­ке» свя­ти­тель Ар­се­ний опи­сы­ва­ет­ся сле­ду­ю­щим об­ра­зом: «По­до­би­ем стар, сед, бра­да аки Сер­ги­е­ва, в схи­ме, ман­тия с ис­точ­ни­ки, омо­фор пе­ре­ки­нут чрез пле­чи коль­це­ми на­пе­ред, пра­вая ру­ка бла­го­сло­вен­на, в ле­вой Еван­ге­лие».

Мо­щи свя­ти­те­ля Ар­се­ния бы­ли об­ре­те­ны нетлен­ны­ми в Жел­ти­ко­вом мо­на­сты­ре в 1483 го­ду. С то­го же го­да в Тве­ри бы­ло уста­нов­ле­но празд­но­ва­ние ему по бла­го­сло­ве­нии Твер­ско­го епи­ско­па Вас­си­а­на.

На се­реб­ря­ной ра­ке свя­ти­те­ля Ар­се­ния бы­ли изо­бра­же­ны семь его чу­дес: пер­вое – вос­кре­ше­ние ры­бо­ло­ва Те­рен­тия; вто­рое – да­ро­ва­ние сы­на Иоан­ну Кар­та­шу; тре­тье – ис­це­ле­ние про­то­и­е­рея Алек­сия, стра­дав­ше­го но­га­ми; чет­вер­тое – ис­це­ле­ние де­ви­цы Усти­нии Го­лов­лен­ко­вой; пя­тое – спа­се­ние од­но­го че­ло­ве­ка от удав­ле­ния; ше­стое – с по­кро­вом свя­то­го (ко­гда в 1606 го­ду по­ля­ки во­рва­лись в Жел­ти­ков мо­на­стырь, один всад­ник со­рвал по­кров над ра­кой свя­ти­те­ля и по­ло­жил на сво­е­го ко­ня. Конь взвил­ся на ды­бы и упал вме­сте с всад­ни­ком, обо­их на­шли мерт­вы­ми); седь­мое – ис­це­ле­ние Гри­го­рия и же­ны его, быв­ших ду­шев­но­боль­ных.

Ка­но­ни­за­ция свя­ти­те­ля Ар­се­ния со­сто­я­лась на Мос­ков­ском Со­бо­ре 1547 го­да. Празд­но­ва­ние его со­вер­ша­ет­ся 2 мар­та.

Ко вто­рой па­мя­ти свя­ти­те­ля Ар­се­ния, в пер­вое вос­кре­се­нье по­сле 29 июня, ныне при­уро­че­но празд­но­ва­ние Со­бо­ра Твер­ских свя­тых.

См. так­же: «Жи­тие свя­то­го от­ца на­ше­го Ар­се­ния, епи­ско­па Твер­ско­го» в из­ло­же­нии свт. Ди­мит­рия Ро­стов­ско­го.

МОЛИТВЫ
Тропарь святителю Арсению, епископу Тверскому
глас 8

Благоче́стно пожи́в во святи́тельстве,/ лю́ди пpосвети́л еси́ уче́нием твои́м,/ и о хpа́ме Пpечи́стыя вельми́ подвиза́вся,/ и люби́тель мона́хов быв,/ сего́ pа́ди от Хpиста́ па́ствы твоея́ вене́ц пpия́л еси́./ Те́мже, я́ко апо́стольскаго пpесто́ла наме́стника,/ и святи́теля вели́каго чту́ще тя, мо́лим ча́да твоя́, блаже́нне:/ от всех бед изба́ви нас я́же ко Хpисту́ моли́твами твои́ми,// святи́телю Хpисто́в Аpсе́ние, о́тче наш.

Перевод: Благочестиво пребывая в чине святителя, просветил людей своим учением и для храма Пречистой [Богородицы] много потрудился, и заботился о монашеской братии, из-за этого от Христа принял венец твоей паствы. Поэтому, как наместника апостольского престола и великого святителя почитая тебя, молим тебя, блаженный, чада твои: от всех бед избавь нас ко Христу твоими молитвами, святитель Христов Арсений, отец наш.

Ин тропарь святителю Арсению, епископу Тверскому, на обретение мощей
глас 1

Боже́ственною свы́ше просвети́вся благода́тию, святи́телю,/ и мно́гим терпе́нием во вре́менней жи́зни по́двиг соверши́л еси́./ Те́мже источа́еши чуде́с благода́ть/ и́же с ве́рою приходя́щим к честне́й ра́це моще́й твои́х, Арсе́ние преблаже́нне./ Мы же вопие́м ти:/ сла́ва Да́вшему ти кре́пость,/ сла́ва Венча́вшему тя,// сла́ва Де́йствующему тобо́ю всем исцеле́ния.

Перевод: Божественной свыше просветился благодатью, святитель, и со многим терпением во временной жизни совершил ты подвиг. Потому источаешь благодать чудес всем с верой приходящим к почитаемой раке с мощами твоими, Арсений преблаженный. Мы же взываем к тебе: «Слава Давшему тебе силу, слава Венчавшему тебя, слава Подающему через тебя всем исцеления».

Кондак святителю Арсению, епископу Тверскому
глас 8

Восприе́мши ра́достно честны́я твоя́ мо́щи, пречи́стая це́рковь,/ в ню́же че́стно вноси́ми мно́жеством священномона́хов, и кня́зи благове́рными,/ и я́же прие́мши я́ко сокро́вище многоце́нное./ Те́мже и мы ны́не твоея́ огра́ды слове́сныя о́вцы,/ о́крест ра́ки твоея́ предстоя́ще,/ любе́зно вопие́м ти́:/ не забу́ди чад твои́х, о́тче,/ и́хже му́дре собра́л и возлюби́л еси́,/ я́ко да зове́м ти́:// ра́дуйся, святи́телю Арсе́ние, па́стырю и учи́телю наш.

Перевод: Приняла с радостью чтимые твои мощи Пречистая Церковь, в которую они с почтением вносятся множеством иеромонахов и благоверных князей, и которые были приняты как драгоценное сокровище. Также и мы сейчас твоей ограды словесной [пастырский труд святителя] овцы, вокруг раки твоей стоящие, с любовью воспеваем тебя: не забудь чад твоих, отец, которых ты с мудростью собрал и полюбил, чтобы мы взывали к тебе: радуйся, святитель Арсений, пастырь и учитель наш.

Ин кондак святителю Арсению, епископу Тверскому
глас 8

Я́ко богоявле́нная росси́йская звезда́,/ днесь, сия́я чудесы́,/ яви́лся еси́, святи́телю Арсе́ние./ Тем непреста́нно моли́ся Христу́ Бо́гу о ста́де твое́м/ и сохраня́й оте́чество твое́, град же и лю́ди,/ и́же ве́рою почита́ющих честно́е пренесе́ние твое́/ и к честны́м моще́м твои́м припа́дающих со стра́хом и любо́вию целу́ющих я́./ Да вси велегла́сно зове́м ти:// ра́дуйся, Богому́дре святи́телю Арсе́ние, о́тче наш.

Перевод: Как явленная Богом российская звезда, сегодня, сияя чудесами, явился ты, святитель Арсений. Потому не переставая молись Христу Богу о стаде твоем и сохраняй Отечество твое, город же и людей, с верою прославляющих священное перенесение твое и почитаемым мощам твоим поклоняющихся, со страхом и любовью прикладывающихся к ним. Да все громогласно взываем к тебе: «Радуйся, Богомудрый святитель Арсений, отче наш».

Молитва святителю Арсению, епископу Тверскому
При́зри от Го́рних высо́т, святи́телю о́тче Арсе́ние, на нас смире́нных и гре́шных, во умиле́нии душ и серде́ц к тебе́ прибега́ющих, ве́рою кре́пкою на тя упова́ющих, любо́вию нелицеме́рною прося́щих у тебе́ заступле́ния. Тебе́ бо моли́твенника благоприя́тнаго ве́мы ко Всеми́лостивому Бо́гу. Проле́й о нас твоя́ святы́я моли́твы и умоли́ Человеколю́бца Го́спода не погуби́ти нас со беззако́нии на́шими, но обрати́ти нас к покая́нию и исправле́нию, да про́чее вре́мя жития́ на́шего земна́го, не в рабо́те греху́ и страсте́м, но в де́лании за́поведей Его́ святы́х и в благоче́стии провожда́ем и со благо́ю наде́ждою дости́гнем кончи́ны на́шея. В час же сме́ртный наипа́че яви́ся нам, о́тче, засту́пник благи́й, ускори́ тогда́ на моли́тву о нас безпо́мощных и помози́ нам со прича́стием Та́инств Боже́ственных ми́рную и благу́ю кончи́ну улучи́ти, гро́зныя мыта́рства возду́шныя безбе́дно прейти́ и унасле́довати Го́рнее Ца́рство. Ей, святи́телю Бо́жий, не пре́зри нас и не посрами́ упова́ния на́шего, но бу́ди о нас предста́тель немо́лчный к Бо́гу. Па́стырю наш до́брый, упаси́ нас бо́дренными твои́ми моли́твами и сохрани́ ненаве́тны от вся́каго зла, да сла́вим неизрече́нное человеколю́бие Бо́га на́шего, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, и твое́ оте́ческое заступле́ние, во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Молитва вторая святителю Арсению, епископу Тверскому
О, вели́кий уго́дниче Бо́жий, святи́телю о́тче Арсе́ние! Се прино́сим тебе́ хвале́бное пе́ние мы, гре́шнии и недосто́йнии ча́да твоя́, и велича́ем по́двиги и доброде́тели твоя́, и мно́гую ми́лость твою́ ко всем с ве́рою притека́ющим к оте́ческому твоему́ покро́ву. Приими́ с любо́вию приноше́ние ве́ры и любве́ на́шея, и принеси́ е́ Вседержи́телю Бо́гу, от Него́же нисхо́дит вся́кое дая́ние бла́го и вся́кий дар соверше́нный, и я́коже благоде́тельствовал еси́ в земне́м житии́ твое́м всем иска́вшим твоея́ по́мощи, та́ко и ны́не не лиши́ нас, о́тче благосе́рдый, твоего́ пред Бо́гом многомо́щнаго заступле́ния. Се бо нетле́нныя и многоцеле́бныя мо́щи твоя́ дарова́ нам Госпо́дь во увере́ние, я́ко ве́лие дерзнове́ние и́маши к Нему́ и я́ко мно́го мо́жет предста́тельство твое́ пред Престо́лом бл́агости Его́. Те́мже не оста́ви нас си́рых и безпо́мощных, но при́сно помина́й нас во святы́х небе́сных твои́х моли́твах. Укрепи́ на́ша стопы́ тве́рдо и непоколеби́мо ходи́ти путе́м за́поведей Госпо́дних, утверди́ ру́це на́ша к воздея́нию моли́твенному и к соверше́нию до́брых дел, согре́й сердца́ на́ша любо́вию ко Го́споду и к жи́зни ве́чней. Испроси́ у Царя́ Небе́снаго гра́ду Твери и святе́й оби́тели твое́й благостоя́ние и всей стране́ Росси́йстей ми́лость Бо́жию и сохране́ние от вся́каго зла. Испроси́, святи́телю Бо́жий, и всем, с ве́рою прибега́ющим к ра́це святы́х моще́й твои́х и и́мя твое́ благогове́йно призыва́ющим, коему́ждо дар благопотре́бен: неду́гующим исцеле́ние, бе́дствующим избавле́ние, печа́льным утеше́ние, заблу́ждшим и́стины позна́ние, гре́шным исправле́ние, подвиза́ющимся преспе́яние, и всем вся к жи́зни вре́менней и ве́чней потре́бная, во сла́ву ди́внаго во святы́х Свои́х Бо́га, в Тро́ице сла́вимаго и покланя́емаго, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха. Ами́нь.

Молитва третья святителю Арсению, епископу Тверскому
О, всехва́льный святи́телю Христо́в и чудотво́рче, о́тче Арсе́ние! Не забу́ди нас, чад святы́я оби́тели твоея́ и всех с ве́рою и любо́вию прибега́ющих к ра́це честны́х и многоцеле́бных моще́й твои́х, но помина́й нас во святы́х твои́х и благоприя́тных моли́твах к Бо́гу. Моли́ за вся христиа́ны, о́тче святи́телю Арсе́ние, и за святу́ю сию́ оби́тель, ю́же вручи́ тебе́ Пречи́стая Влады́чица Богоро́дица, мним бо тя вы́ну предстоя́ща Христу́ Бо́гу на́шему и Пречи́стей Его́ Ма́тери и иму́ща ве́лие к Ним дерзнове́ние. А́ще бо те́лом и преста́вился еси́ от нас, но душе́ю жив сый, неотсту́пен пребыва́еши с на́ми ду́хом. Сохраня́ нас твои́м предста́тельством пред Престо́лом Небе́снаго Царя́ от ко́зней вра́жиих, от собла́знов ми́ра, во зле лежа́щаго, и от вся́кия ско́рби и ну́жды. О преблаги́й па́стырю и учи́телю нaш, о́тче Арсе́ние! К тебе́ припа́даем и тебе́ мо́лимся, моли́ся всеси́льному Бо́гу о по́льзе душ на́ших, и испроси́ нам вре́мя на покая́ние, да очи́стившеся от вся́кия скве́рны грехо́вныя, Небе́сному Ца́рствию насле́дники сподо́бимся бы́ти со все́ми пра́ведными, от ве́ка угоди́вшими Го́споду на́шему Иису́су Христу́, Ему́же подоба́ет вся́кая сла́ва, честь и поклоне́ние со Безнача́льным Его́ Отце́м и с Пресвяты́м Ду́хом, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

(298)

Святой Иоанн родился в Болгарии недалеко от Софии в конце 12 века. Родители его были настоящими христианами, милостивыми и кроткими. Также и детей они воспитали в вере и благочестии, требуя от них полного послушания. Иоанн, еще будучи юношей, полюбил молитву и пост. В церкви он внимательно слушал чтение и пение, исполняясь при этом Божественной благодати.

Наконец по смерти родителей он раздал свое имение нищим и постригся в одном из монастырей. Там Иоанн обучился монашескому искусству и, придя в совершенную меру, удалился на безмолвие в дикие и неприступные горы. Построив себе из хвороста хижину, подвижник поселился в ней. Питался он водой и травой, но и то употреблял не до сытости, а только для поддержания жизни. Молитва его была непрестанной: Иоанн днем и ночью со слезами взывал ко Христу, прося у Него спасения и защиты. Много раз на святого подвижника нападали полчища бесов, но он, как мечом, разгонял их призыванием имени Божия.

По прошествии двенадцати лет преподобный по велению Божию перешел в другую пустыню, Рыльскую. Там Господь израстил для него чудесный горошек, питательный и приятный на вкус. Однажды, гоняясь за овцами, к Иоанну пришли пастухи. Горох им понравился, и они без благословения нарвали себе много стручков. Когда же они захотели попробовать краденое, стручки оказались пустыми. Со стыдом пастухи возвратились к святому подвижнику, попросили прощения у него и с миром отправились по домам.

Молва о пустыннике Иоанне быстро распространилась, и жители окрестных селений стали к нему приходить за советом и благословением. Приносили к нему больных и бесноватых, и святой исцелял их.

Для того чтобы приходящие люди не мешали ему беседовать с Богом, Иоанн взошел на скалу и стал жить под открытым небом. Благодушно терпел он холод и зной, непрестанно взывая ко Господу и молитвой защищаясь от демонских нападений.

Слава о великом подвижнике разлетелась по всей Болгарии, и к нему стали приходить христиане, желавшие подражать его святой жизни. Они устроили церковь в пещере под скалой преподобного, и мало-помалу составилась там большая обитель — знаменитый Рыльский монастырь, существующий и в настоящее время.

Предчувствуя свое отшествие к Богу, Иоанн встал на колени и со слезами сказал: Господи, в руки Твои предаю дух мой!» И с этими словами он предал свою чистую душу Богу.

Монахи похоронили святого на скале, где он подвизался. Но через некоторое время от могилы Иоанна Рыльского стало исходить удивительное благоухание. Тогда раскопали ее и увидели мощи святого совершенно нетленными. Они и поныне благоговейно хранятся в Рыльской обители, и уже больше тысячи лет от них подаются чудесные исцеления всем, с верой припадающим к ним.

(40)

Дочь князя Георгия Албанского и супруга Стефана, короля Сербии, святая Ангелина претерпела изгнание вместе со своим мужем и разделила все трудности жизни в Албании и Италии. Двух сыновей своих, святых Максима и Иоанна, воспитала в духе истинно христианском. По смерти супруга, приняв монашеский постриг, святая Ангелина посвятила себя молитве, благотворительности и храмостроительству. Верная жена, добрая мать и совершенная христианка, она воистину заслужила имя «матери Ангелины», которым ее наградил народ. Ее чудотворные мощи сохраняются вместе с мощами ее праведного супруга – святого Стефана и их благочестивых детей Максима и Иоанна в монастыре Крушедол. Святая Ангелина обрела покой и вечную жизнь в начале шестнадцатого столетия.

Полное житие блаженной Ангелины Сербской (Бранкович)

По некоторым сведениям, Ангелина принадлежала к роду Черноевичей – была дочерью Андрея по прозванию Арванит Храбрый и племянницей воеводы Ивана-бея, правителя Черногории в 1465–1496 годах. Когда ее брата уже, по-видимому, уже не было в живых, Иван выдал ее замуж за сербского деспота Стефана Слепого Бранковича[1]. Как большинство браков правящих особ, вероятно и этот был заключен по политическим причинам, что делает еще более примечательной святость, просиявшую во всей семье.

Жизнь сербского деспота Стефана Бранковича и его семьи была полна превратностей и бед. Стефан и Ангелина жили в любви и согласии и имели двоих сыновей, Георгия и Иоанна, и двух дочерей, Мару и Милицу. Около десяти лет, скрываясь от турецкой расправы, семья провела в итальянской области Фурлании. Здесь святой Стефан вместе со своей сестрой Катариной купил замок Белград, где и преставился.

Овдовев в 1476 году, Ангелина жила и воспитывала своих детей в трудных условиях. Венгерский король Матвей Корвин выделил им для управления земли в Среме, принадлежавшие некогда деду Стефана Вуку Бранковичу, и в 1486 году они поселились в селе Купиново, куда перенесли и мощи деспота Стефана. Здесь была основана церковь святого апостола Луки, где первоначально и хранились эти мощи, являвшие многочисленные чудеса. Правителем Срема стал вначале старший сын Ангелины Георгий, сошедший с трона в 1497 году, принявший постриг с именем Максима и достигший святости в сане святителя († 1516), а затем ее младший сын – святой деспот Иоанн († 1502).

Святая Ангелина постриглась в монахини около 1509 года, а может быть, и ранее, по прибытии в Срем. В 1512–1516 годах, после возвращения из Валахии, она основала женский монастырь около выстроенной ею церкви Сретения.

Еще в 1509 году она отправила своего духовника Евгения к русскому великому князю Василию III с трогательной просьбой о помощи: «Наша держава ныне упадает, а твоя держава возвышается. Возьми же на себя нашу заботу и попечение о святых храмах и обителях, которые твои и мои благочестивые предки создали». В своем прошении она говорила о желании выстроить церковь, где намеревалась упокоить мощи своего супруга Стефана и сына Иоанна. Место для церкви к тому времени было уже куплено за 100 дукатов. Русский князь отозвался на ее просьбу, кроме церкви, были построены также келлии для монахинь, и появился Крушедольский монастырь, в котором св. Ангелина стала настоятельницей и где провела свои последние дни в молитвах над мощами супруга и сыновей.

Скончалась в 1520 году.

В службе преподобной Ангелине говорится о ее поистине мужской стойкости, безграничном милосердии, терпении и мудрости, супружеской преданности и материнской жертвенности. Годами приходилось ей жить на чужбине, без близких, на ее долю выпала тяжкая участь пережить не только мужа, но и всех детей и несколько раз бережно переносить их святые останки.

Мощи и почитание

Мать Ангелина со временем стала одной из наиболее почитаемых сербских святых. Ее мощи, вместе с останками ее святого семейства, похоронены в Крушедольском монастыре и сохранялись там вплоть до 1716 года, когда монастырь был спален турками при отступлении от Варадина. Среди уцелевших доныне мощей сохранилась кисть руки матери Ангелины. Слава монастыря Крушедол празднуется в день памяти преподобной матери Ангелины.

Частица ее мощей также сохранялась в монастыре села Хопово, где после в перой половине XX века нашли приют насельницы русского Леснинского Свято-Богородицкого монастыря. По выезде из Югославии во Францию монахини увезли эту частицу с собой.

На иконе прп. Ангелина изображается в монашеской ризе, держащей в одной руке книгу, а в другой – четки или крест. Ее лик представлен на всех иконах святой семьи Бранковичей, а также в числе двенадцати наиболее почитаемых сербских национальных святых. Его можно увидеть в соборной церкви архангела Михаила в Белграде, в Печской патриархии в Косове, в сербском монастыре Хиландар на Афоне и в других храмах.

В Воеводине, в селе Купиново, рядом с церковью святого Луки вплоть до 1930 года стояла церковь, посвященная преподобной Ангелине.

Примечания

Сведения о происхождении святой Ангелины содержатся в истории Черногории, написанной черногорскими владыками из династии Петровичей-Негошей, Василием и святителем Петром I.

(690)