Святитель Андрей Критский родился в городе Дамаске около 660 года в семье благочестивых христиан Георгия и Григории. Из раннего детства Святителя сохранилось известие о том, что он был немой, не мог говорить даже до семи лет. И только лишь после причащения Святых Христовых Тайн в семилетнем возрасте отверзлись его уста. И он смог не только хорошо учиться, но впоследствии своими словесными творениями принес великую славу Церкви Божией как проповедник, один из самых лучших в Византии, и как песнотворец, то есть слагатель мелодий и слов церковных песнопений, также один из самых лучших, ярких и плодотворных.
В возрасте 14 лет он был отведен родителями в Иерусалимский монастырь Братства Гроба Господня и посвящен Богу. По пострижении в монашество святой Андрей получил послушание быть экономом Братства и одновременно нотарием Иерусалимской патриархии. После 681 года, когда в Константинополе происходили заседания Шестого Вселенского Собора, монах Андрей, вместе с двумя старцами-монахами, был послан в византийскую столицу, чтобы представить императору документы, подтверждающие полное согласие с решениями Собора всей полноты Иерусалимской Православной церкви. Старцы-монахи возвратились обратно в Иерусалим, а святой Андрей был оставлен в Константинополе, и навсегда сохранил за собой прозвище «Иерусалимита», то есть «Иерусалимлянина».
Здесь он получил послушание возглавить Орфанотрофион, или Дом для сирот при Великой церкви Святой Софии. Затем он был рукоположен в сан диакона и зачислен в клир главного храма Византии.
20 лет служил он в сане диакона и трудился в Доме сирот, проявляя не только должную заботливость, но и обнаруживая дар вести хозяйственные дела. Так, здание сиротского дома при нем было надстроено, а Дом престарелых (Герокомион), который так же был ему поручен, несколько раз отремонтирован.
Здесь же в Константинополе он начал слагать свои дивные песнопения, которыми богато украсил Церковь Божию, прославил множество святых, дни великопостные и пасхальные.
После двадцатилетнего диаконского служения, за великие понесенные труды, святой Андрей был рукоположен в сан епископа и назначен на самую далекую тогда кафедру — на остров Крит. Но в отличие от своих предшественников и тех архиереев, которые служили на Крите после него, он носил титул архиепископа, а это самое высокое древнее звание архиерея, которое носили предстоятели церквей.
На Крите святитель Андрей построил дома для сирот и престарелых, храм в честь Влахернской иконы Божией Матери. Много заботился о своей пастве, неустанно проповедовал, молитвами своими отгонял вражеские набеги прибрежных пиратов-арабов, а однажды, во время засухи, вымолил у Бога дождь, который обильно оросил поля критских христиан.
Трудился святитель Андрей и в составлении церковных песнопений, и в проповедании слова Божия.
Несколько раз святитель Андрей посещал Константинополь, где виделся с патриархом и императором, с людьми, ему близкими. Там он выступил в защиту святых икон, когда в Византии началось иконоборчество.
В свое последнее посещение столицы святой Андрей простился со всеми, потому что почувствовал приближение кончины. По дороге на Крит он сильно заболел, остановился на острове Митилина в городке Ерессо, не доехав до Крита, и скончался там 4 июля 740 года. В этот день доныне совершается его память во всех Православных церквах.
Святитель Андрей Критский первый стал писать богослужебные каноны. Он написал каноны на все двунадесятые праздники (кроме Введения во храм Пресвятой Богородицы, в его время этот праздник отдельно не праздновался). Некоторые каноны до нас не дошли. Великий пост кроме Великого канона был украшен и другими творениями святого Андрея. В рукописях сохранились каноны в Неделю Ваий, трипеснцы всех дней Страстной седмицы, включая Великий Пяток. В Великую Субботу исполнялся Четверопеснец святого Андрея, к которому потом присоединяли свои четверопеснцы и каноны св. Косма Маюмский, инокиня Кассия, епископ Марк Отрантский. На Пасху в самую ночь пелся канон Святителя Андрея Критского. В Неделю Фомину, в Неделю Жен Мироносиц, на Преполовение Пятидесятницы и во все Недели, включая Неделю о слепом, пелись каноны святого Андрея.
Многим святым Святитель написал каноны. Им же было написано множество стихир. По количеству оригинальных мелодий-напевов святой Андрей превосходит даже преподобного Иоанна Дамаскина. Составляя Октоих, святой Иоанн вносил в него ирмосы и напевы святителя Андрея Критского.
Великий канон является самым известным творением святого Андрея. Этот канон не является самым большим по объему, канон на Сретение Господне больше Великого, а канон на Рождество Предтечи почти такой же по объему, как и Великий канон. 250 тропарей,— кроме присоединенного канона преподобной Марии Египетской и тропарей самому святому Андрею, — столько содержит Великий канон в своих 9-ти Песнях, среди которых есть и вторая Песнь.
Великий покаянный, или как его еще называют, умилительный канон, исполняется в храмах вот уже почти 1200 лет и воспринимается так же, как и тогда, когда был написан. «Мистагог покаяния», т.е. тот, кто заботливо учит, открывает тайны покаяния, — так называет святого Андрея Православная Церковь. «Покаяния учитель преизряднейший», «светом сияя Святыя Троицы», — это слова о Святом Андрее.
Нельзя научить тому, чего сам не умеешь. Покаяние святого Андрея глубокое и искреннее. Через весь канон проходит одна мысль, повторяющаяся во всех Песнях: «Согрешил больше всех человек, един согрешил Тебе, (Господи), но смилуйся и будь милосерд ко мне, ибо Ты Благоутробен». [«Благоутробен» — значит милостив и милосерд так, как Мать, которая как бы всей утробой, всем существом своим жалеет ребенка и любит его]. Чем ближе человек к Богу, тем больше видит свои грехи. Меняется масштаб и соотношение восприятия ближних и всего мира. Вот такому смирению учит нас святой Андрей Критский.
Весь Ветхий Завет делает Святитель школой покаяния. Показывая добродетели и подвиги святых, он говорит и о злых и жестоких делах, побуждая подражать добрым и отвращаться злых. Но в Великом каноне есть не только примеры из Священного Писания, а есть и увещание душе, разсуждения, молитвы. Как будто старец, исполненный сострадания и любви, взял нас за руку, ввел в свою келью и стал беседовать, рассказывать, делиться своим опытом, и вместе с нами смиренно и горячо молиться.
Великий канон потому еще так любим, что он единственный из всех канонов ближе всего стоит к аскетическим монашеским творениям, изложенным в виде кратких изречений. Сам дух канонной поэзии происходит из монашеского миросозерцания, наставлений, размышлений.
Форма канона совсем не простая, она требует от слушателя и читателя осмысления истории, переживания ее в важнейших событиях-символах, на которые опирается ум: это суть ирмосы, воспевающие во всех канонах праздник или память святого через осознавание события дня, через столпы-вехи древней Священной Истории. Монах-песнотворец просит у Бога утвердить его ум «на недвижимом камени заповедей» Божиих. Все колеблющееся, все мятущееся должно уступить место кристальности и твердости предстояния пред Богом, когда и ум, и сердце, и все существо человека находится в той гармонии, которая давно утеряна людьми, но по-прежнему ищется и находится монахами. «Праксис и феория», — «делание и созерцание» воспеваются в четвертой Песни Великого канона. Святой Андрей как бы увлекается и забывает, что его слушают не одни только монахи, и в самых красивых и изящных строфах канона говорит о важнейшем соотношении этих двух состояний подлинного монашеского жития.
«Но облобызай покаяние!» — так восклицает святой Андрей в одном тропаре Великого канона. Греческое слово «покаяние» означает не только раскаяние, но решительную, хотя иногда и мучительную, трудную, скорбную, перемену ума. Ум должен измениться! От греха и забот, от угрызений и терзаний мира сего, от тленности и уничтожения ум должен, изменившись, вернуться к тому состоянию, которое изначально даровал человеку Бог. Покаяние есть процесс всей жизни, вот почему покаяние требуется и впервые осознавшему свой грех человеку, и святому, достигшему великих высот подвижнической жизни.
«Ты бо еси тайнник покаяния преизряднейший» — поет Церковь святому Андрею Критскому. Но быть таинником покаяния она призывает и каждого священника. Потому что после его смерти, после совершения его погребения и прощания с ним, по Уставу поются ирмосы Великого канона в то время, когда гроб почившего священника обносится вокруг храма перед самым погребением. Прощальная песнь духовных чад и прихожан со своим пастырем — ирмосы Великого канона! Прихожане поют самое дорогое из того, что они могут вспомнить о священнике: символ покаяния и изменения ума: «Помощник и покровитель бысть мне во спасение…» Ибо ничто не ценится больше, чем пастырская помощь священника в покаянии. Священник как бы «открывает глаза» человеку, возвращает ему «изгнанного из мира сего» Бога, святых Ангелов, Пречистую Богородицу, всех Святых Его, всю полноту ожидающего нас Царства Небесного. И тогда получается, что Великий канон приобретает значение символа всей жизни Пастыря и пасомых, Батюшки и прихожан, символ спасения человека от греха и смерти.
Пусть никогда Великий канон не делается «памятником византийской литературы», а остается самой современной книгой, необходимой каждому человеку, каждому прихожанину. Пусть не только во время Великого поста она будет читаться, а в любое время года, чтобы как можно больше и полнее воспринять нам и усвоить спасительное покаяние, о котором так прекрасно поведал великий учитель древней Церкви святитель Андрей Критский.
(69)
